Решениепо делу № 2-3164/2026

10 августа 2026 года Октябрьский районный суд ... в составе:

председательствующего судьи Саркисян А.А., при секретаре Михеевой И.В. , с участием:

истца Хария Р.И. ,

представителя истца Михалева В.И. , представителя ответчика Шадринцевой К.А. , помощника прокурора ... Мондонен В.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в ... гражданское дело по иску Хария Р. И. к ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

Установил

Харий Р.И. обратился в суд с иском к ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» (далее по тексту – ОГАУЗ «ТОКБ»), в котором, с учетом уточнений, просит признать приказ ОГАУЗ «ТОКБ» от ... ... -л о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) незаконным, восстановить Хария Р.И. на работе в ОГАУЗ «ТОКБ» в прежней должности инженера эксплуатационно-технической службы, взыскать с ОГАУЗ «ТОКБ» в пользу Хария Р.И. компенсацию за время вынужденного прогула, взыскать с ОГАУЗ «ТОКБ» в пользу Хария Р.И. компенсацию морального вреда – 500000 руб.

В обоснование указано, что истец с ... состоял в трудовых отношениях с ОГАУЗ «ТОКБ» в должности инженера эксплуатационно-технической службы на основании трудового договора ... от ... . Приказом ответчика от ... действие трудового договора прекращено, истец уволен по п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Ссылаясь на отсутствие добровольного волеизъявления при подаче заявления об увольнении, Харий Р.И. считает увольнение незаконным, поскольку написание заявления являлось вынужденным, обусловленным неправомерными действиями работодателя. Полагает, что руководство работодателя принуждало на протяжении длительного времени написать заявление по собственному желанию. Также истец ссылается на создание работодателем психотравмирующей обстановки, которое привело к длительному стрессу, ухудшению состояния здоровья, физическим и нравственным страданиям.

Истец Харий Р.И. и его представитель Михалев В.И. в судебном заседании требования поддержали.

Представитель ответчика возражала против удовлетворения иска. Поддержала позицию, изложенную в отзыве на иск от ... , отметив, что увольнение произведено по добровольному волеизъявлению истца на основании его заявлений от ... , от ... и от ... . Уведомлением от ... ... работнику разъяснялось право на отзыв заявления, которым он не воспользовался. Факт оказания давления администрация отрицает как недоказанный. Направление истца на внеочередной медосмотр обусловлено спецификой медицинского учреждения, а отказ от его прохождения является нарушением трудовой дисциплины. Дополнительно ссылалась на неисполнение истцом должностных обязанностей ввиду длительной нетрудоспособности. Факт отказа работника от временного размещения в нормативном помещении медицинского архива на период переоснащения его основного рабочего места ответчик расценивает как систематическое ненадлежащее исполнение трудовых функций. По мнению ответчика, действия истца свидетельствуют о наличии признаков злоупотребления правом, что выразилось в намеренном формировании конфликтных ситуаций, немотивированном отказе от исполнения распоряжений руководства при обеспечении ему надлежащих условий труда, а также в последующем оспаривании собственных последовательных заявлений об увольнении. Правомерность действий администрации учреждения также подтверждается результатами проверочных мероприятий контролирующего органа в сфере труда, не выявивших нарушений прав работника.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшего требования истца, подлежащими частичному удовлетворению, изучив материалы дела, исследовав и оценив доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Частью 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации установлено, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно Конституции Российской Федерации право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (ст. 17, 18, ч.1, 2 ст. 46; ст. 52).

Из приведенных конституционных положений следует, что правосудие как таковое должно обеспечивать эффективное восстановление в правах и отвечать требованиям справедливости (п.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 №2-П).

Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абз.1-3, 5 ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения согласно ч.1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абз.2 ч.1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абз.2 ч.2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника.

Частью 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч.2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч.4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пп.«а» п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом.

Для защиты интересов работника как более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу п.1 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи либо иным позволяющим установить достоверность документа способом.

Согласно ч.1 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ... ОГАУЗ «ТОКБ» (работодатель) и Харием Р.И. (работник) заключен трудовой договор ... , по которому Харий Р.И. принят на работу в должности инженера на ставку (1) в структурное подразделение работодателя – эксплуатационно-техническая служба.

Приказом ... -л от ... Харий Р.И. с ... принят на работу в эксплуатационно-техническую службу на должность инженера на 1.0 ставки с 3-х месячным испытательным сроком.

... Харий Р.И. обратился с заявлением к главному врачу ОГАУЗ «ТОКБ», в котором уведомил о своем намерении расторгнуть трудовой договор в соответствии с ч.1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации.

Также в названном выше заявлении Харий Р.И. указал: довожу до Вашего сведения, что настоящее заявление направлено на удовлетворение как лично Ваших многочисленных требований, угроз и увещеваний о написании мною заявления об увольнении «по собственному желанию», так и моего непосредственного руководителя главного инженера В.Ю. Каменщикова , а также начальника службы безопасности ОГАУЗ «ТОКБ» Р.Ш. Баязитова .

... Харий Р.И. вновь обратился к главному врачу ОГАУЗ «ТОКБ» с заявлением об отсутствии приказа об его увольнении в соответствии с ч.1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации (по «собственному желанию») на основании заявления от ... .

... Харий Р.И. обратился к главному врачу ОГАУЗ «ТОКБ» с повторным заявлением об отсутствии приказа об его увольнении в соответствии с ч.1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации (по «собственному желанию») на основании заявления от ... .

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указал, что, несмотря на фактическое подписание и подачу заявлений об увольнении по собственному желанию и об отсутствии приказа об его увольнении, данные действия не являлись его добровольным волеизъявлением, поскольку совершены вынужденно под систематическим влиянием, угрозами, административного давления со стороны руководства работодателя.

Разрешая требование истца о признании приказа об увольнении незаконным, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ... Харий Р.И. обратился в Департамент здравоохранения ... с заявлением, содержащим доводы о действиях руководства ОГАУЗ «ТОКБ» — главного врача Евтушенко А.В. , главного инженера Каменщикова В.Ю. и начальника службы безопасности Баязитова Р.Ш. , выразившихся, по утверждению заявителя, в осуществлении в отношении него мер административного давления и психологического воздействия, начавшихся ... . В данном обращении заявитель указал, что главный врач Евтушенко А.В. , главный инженер Каменщиков В.Ю. и начальник службы безопасности Баязитов Р.Ш. в ультимативной форме на повышенных тонах требовали от него немедленного увольнения по собственному желанию под угрозой искусственного создания поводов для расторжения договора по порочащим основаниям, фальсификации служебных проверок по фактам вымышленных хищений и недостач, а также прямых угроз подброса наркотических средств в рабочий кабинет. В качестве первопричины данных событий в обращении приведены доводы о разногласиях с администрацией работодателя относительно порядка, способов и привлечения сторонних инвесторов к ремонтно-строительным работам в помещении водолечебницы учреждения, которые изначально велись силами и средствами эксплуатационной службы. Также в тексте документа содержатся сведения об ухудшении состояния здоровья заявителя и наступлении периода временной нетрудоспособности с ... , связываемого им с действиями упомянутых лиц.

С аналогичными заявлениями Харий Р.И. обращался в органы прокуратуры и Государственную инспекцию труда в ... .

Из материалов дела также следует, что ... Харий Р.И. обратился в Государственную инспекцию труда в ... с заявлением. Согласно содержанию данного документа, заявитель, ссылаясь на исполнение с ... обязанностей инженера эксплуатационно-технической службы, осуществление функций материально ответственного лица и участие в комиссии по поступлению и выбытию нефинансовых активов, указал на неначисление ему в октябре 2025 и последующих периодах 300% надбавки за увеличенный объем работы, а также премии за декабрь 2025. В обоснование заявленных доводов Харий Р.И. привел сведения об отсутствии распорядительных актов работодателя и отмене выплат по устному распоряжению заместителя главного врача по экономическим вопросам Холдеевой Г.В. во исполнение указания главного врача Евтушенко А.В. Также в тексте зафиксировано, что поданное истцом ... после выхода с периода временной нетрудоспособности заявление на имя руководителя учреждения с требованием разъяснить основания изменения условий оплаты труда было оставлено администрацией ОГАУЗ «ТОКБ» без ответа, в связи с чем им ставился вопрос о проведении проверочных мероприятий.

В материалы дела также представлено заявление Хария Р.И. от ... на имя главного врача ОГАУЗ «ТОКБ» Евтушенко А.В. , из содержания которого следует, что главный инженер Каменщиков В.Ю. уведомил истца о передаче его рабочего кабинета приемному отделению с предложением альтернативного места в здании архива и дезокамер по адресу: ... В обоснование несоответствия этих помещений нормам охраны труда в заявлении указано на наличие сырости, протечек кровли, отсутствие санузла и стойкий химический запах, а также на изъятие персонального компьютера. Документ содержит сведения о направлении истца врачом-профпатологом Тупицыной Т.Ю. на дополнительное обследование в связи с выявленными при изучении истории болезни в МИС «БАРС» отклонениями в анализах крови, и выражает несогласие с действиями администрации по изменению условий труда и организации внеочередного медицинского осмотра.

Согласно приобщенному к материалам дела заявлению Хария Р.И. от ... на имя председателя профсоюзного комитета ОГАУЗ «ТОКБ», после выхода с периода временной нетрудоспособности истцом обнаружено ограничение доступа в рабочий кабинет посредством установки дополнительного запирающего устройства. В ответ на обращение к главному инженера Каменщикову В.Ю. последним заявлено об отсутствии у работника постоянного места с предложением исполнять обязанности в коридоре учреждения, выдвинуты требования о предоставлении заявления об увольнении по собственному желанию, а также указано на отсутствие объемов работы. В заключительной части обращения зафиксированы доводы об оказании работодателем административного давления с целью понуждения к расторжению трудового договора.

Аналогичное заявление ... адресовано и главному врачу ОГАУЗ «ТОКБ».

Из приобщенного к материалам дела заявления Хария Р.И. от ... на имя главного врача ОГАУЗ «ТОКБ» Евтушенко А.В. следует, что на второй день после выхода сотрудника на работу главным инженером Каменщиковым В.Ю. ему было предложено переместиться на рабочее место в подвальное помещение второго блока стационара площадью около 10 кв. м. В обоснование несоответствия данного объекта нормам охраны труда в заявлении указано на отсутствие окон, вентиляции, естественного освещения и мебели, наличие сырости, плесени и запаха канализации, а также на ограничение доступа к персональному компьютеру и сметной программе «Гранд-смета». Указанные факты нарушения требований к организации безопасного рабочего места расценены истцом как понуждение к увольнению по собственному желанию.

... работодатель направил Хария Р.И. на внеочередной медицинский осмотр (направление ... от ... ).

В обоснование правомерности направления Хария Р.И. на внеочередной медицинский осмотр представитель ответчика в судебном заседании и в письменном отзыве сослался на факт длительного периода временной нетрудоспособности сотрудника, что, по мнению администрации учреждения, обусловило необходимость подтверждения его пригодности к выполнению должностных обязанностей.

... Харий Р.И. обратился с заявлением к главному врачу ОГАУЗ «ТОКБ», в котором отказался от прохождения медицинского осмотра в связи с незаконностью последнего. Также указал, что принуждение его к прохождению незаконного внеочередного медицинского осмотра, рассматривается Харием Р.И. как продолжение оказания на него психологического давления с целью вынудить его подать заявления об увольнении по собственному желанию. (л.д.13)

Приказом ОГАУЗ «ТОКБ» от ... ... -ок в связи с отказом от прохождения внеочередного медицинского осмотра Харий Р.И. отстранен от работы с ... по ... включительно.

... Харий Р.И. обратился в медицинскую организацию ООО «ММЦ» и ему выдан листок нетрудоспособности ... .

Приказом ОГАУЗ «ТОКБ» от ... ... -ок в связи с отказом от прохождения внеочередного медицинского осмотра Харий Р.И. отстранен от работы с ... до момента прохождения им внеочередного медицинского осмотра.

Приказом ОГАУЗ «ТОКБ» от ... ... -ок в связи с отказом от прохождения внеочередного медицинского осмотра к Харию Р.И. применено дисциплинарное взыскание в виде замечания.

По ходатайству стороны ответчика в судебном заседании допрошены свидетели.

Так, допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля главный инженер ОГАУЗ «ТОКБ» Каменщиков В.Ю. показал, что в процессе совместной трудовой деятельности им неоднократно высказывались претензии в адрес Хария Р.И. касательно качества выполнения последним возложенных должностных обязанностей и допущенных им нарушений исполнительской дисциплины. Указанные замечания носили устный характер, официальные процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности в отношении работника не инициировались, а письменные объяснения по фактам предполагаемых нарушений в установленном ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядке у истца не запрашивались. Одновременно с этим свидетель Каменщиков В.Ю. признал факт ведения с Харием Р.И. устных бесед, в ходе которых напрямую заявлялось о необходимости подачи заявления об увольнении по собственному желанию. Кроме того, свидетель пояснил, что выдача и подписание положительной характеристики от ... преследовали цель последующего трудоустройства Хария Р.И. в иную организацию для прекращения его трудовой деятельности в ОГАУЗ «ТОКБ».

Суд считает необходимым отметить, что действительно, в материалах дела имеется характеристика от ... , подписанная Каменщиковым В.Ю. , согласно которой Харий Р.И. осуществляет трудовую деятельность в ОГАУЗ «ТОКБ» с мая 2025, имеет высшее образование и стаж работы более 25 лет. За время работы в учреждении охарактеризован как опытный, ответственный и грамотный сотрудник, качественно и своевременно выполняющий должностные обязанности, проявляющий организаторские способности, интерес к новаторству и рационализации. В документе отражено, что Харий Р.И. является материально ответственным лицом, принимает на себя выполнение технически сложных заданий и поручений, а в общении с коллегами вежлив и тактичен.

Допрошенная в качестве свидетеля начальник отдела кадров ОГАУЗ «ТОКБ» Виклейн Е.В. показала, что Харий Р.И. неоднократно обращался с заявлениями о намерении расторгнуть трудовой договор, однако его обращения от ... и от ... расценены кадровой службой как обращения ввиду отсутствия в них четких распорядительных формулировок и дат, необходимых для прекращения трудовых отношений. Свидетель пояснила, что в ходе личной беседы с истцом ей стало известно о наличии конфликтной ситуации между работником и вышестоящим руководством в лице главного врача Евтушенко А.В. , главного инженера Каменщикова В.Ю. и начальника службы безопасности Баязитова Р.Ш. При этом свидетель подтвердила, что проверочные мероприятия по данным фактам ею не инициировались, служебные записки руководству учреждения не направлялись. Кроме того, свидетель Виклейн Е.В. сообщила, что рекомендовала Харию Р.И. составить заявление об увольнении в соответствии с установленными кадровыми требованиями. Данные действия свидетель мотивировала необходимостью исключения из текста документа двусмысленных формулировок, наличие которых, по её мнению, могло послужить для работника основанием для последующего оспаривания законности увольнения в судебном порядке.

Допрошенный в качестве свидетеля заместитель главного врача по общим вопросам ОГАУЗ «ТОКБ» Баязитов Р.Ш. показал, что неприязненных отношений с истцом у него не имелось, давления на истца с целью понуждения к увольнению он не оказывал, о случаях оказания такого давления другими лицами ему не известно, а разговора об угрозе обнаружения у истца наркотических средств он не помнит. Свидетель сообщил, что к работе истца у руководства имелись претензии, связанные с неисполнением отдельных поручений, ненадлежащим ведением документов, опозданиями на работу, зафиксированными системой видеонаблюдения, и отказом от организации обслуживания пластиковых окон. Также свидетель указал на пропажу части документов по велопарковке, предположив их утрату истцом, и пояснил, что служебные проверки по данным фактам главным врачом не назначались, а дисциплинарные взыскания не применялись, в том числе по причине нахождения истца на больничных листах. Свидетель подтвердил, что по результатам проверки Департамента здравоохранения нарушений в части инвентаризации у Хария Р.И. выявлено не было, отчеты им представлялись своевременно, а в документах имелись лишь отдельные помарки. Относительно сноса деревьев свидетель пояснил, что работы в итоге велись подрядчиком под его личным руководством из-за нехватки предложенного истцом бюджета. Вопрос приобретения принадлежащего истцу вагончика для вертолетной площадки не был развит из-за необходимости соблюдения установленных закупочных процедур. Свидетель также пояснил, что ... давал письменные объяснения в Департамент здравоохранения по просьбе руководства, отразив в них обстоятельства рабочих разногласий с истцом.

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, по настоящему делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению, с учетом исковых требований Хария Р.И. и их правового обоснования, возражений ответчика, а также регулирующих спорные правоотношения норм Трудового кодекса Российской Федерации, являются обстоятельства, связанные с оценкой добровольности и осознанности действий работника при подписании и подаче заявления о расторжении трудового договора по собственному желанию, в том числе с учетом состояния его физического здоровья и наличия неисполненных материальных обязательств. Кроме того, к числу юридически значимых отнесены вопросы о том, разъяснялись ли истцу со стороны работодателя правовые последствия подачи заявления об увольнении по инициативе сотрудника и порядок реализации им права на отзыв указанного заявления, а также имел ли место в спорный период факт оказания на Хария Р.И. психологического давления со стороны представителей администрации ОГАУЗ «ТОКБ» с целью понуждения к прекращению трудовых отношений.

Оценивая по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о подтвержденности факта наличия между сторонами затяжного трудового конфликта, объективно выразившегося в последовательном направлении Харием Р.И. обращений в контролирующие органы и профсоюзную организацию. Данные действия истца хронологически совпали с реализацией администрацией ОГАУЗ «ТОКБ» мероприятий по изменению условий его труда, ограничению доступа к прежнему рабочему месту и специализированному программному обеспечению, предложению альтернативных помещений в зданиях работодателя, а также по организации внеочередного медицинского осмотра.

При этом суд обращает внимание, что исследуя указанные факторы в рамках предмета настоящего спора, суд рассматривает совокупность данных обоюдных действий сторон как свидетельство объективно существовавшей психотравмирующей обстановки, вне зависимости от самостоятельной правовой квалификации законности отдельных распорядительных актов работодателя, являющихся предметом рассмотрения в ином судебном порядке.

Анализируя показания свидетеля Каменщикова В.Ю. в сопоставлении с письменными материалами дела, суд приходит к выводу, что его устные пояснения о претензиях к качеству работы истца полностью опровергаются фактом выдачи Харию Р.И. положительной производственной характеристики от ... .

Аналогичным образом и утверждения свидетеля Баязитова Р.Ш. о ненадлежащем исполнении обязанностей лишаются доказательственного значения его же признанием о том, что официальная проверка Департамента здравоохранения не выявила у истца никаких нарушений при инвентаризации, а все отчеты были представлены своевременно.

Показания свидетеля Каменщикова В.Ю. о том, что подписание данного документа преследовало цель прекращения истцом трудовой деятельности в ОГАУЗ «ТОКБ», подтверждают доводы стороны истца об инициировании процесса его вытеснения из штата учреждения.

Кроме того, особое правовое значение суд придает подтвержденному самим свидетелем Каменщиковым В.Ю. факту устных предложений им Харию Р.И. о необходимости расторжения трудового договора по инициативе работника.

В свою очередь, показания свидетеля Виклейн Е.В. об осведомленности кадровой службы о наличии конфликтной ситуации между сотрудником и руководством, в совокупности с её пояснениями о необходимости корректировки формулировок и дат в текстах заявлений работника для минимизации рисков последующего судебного оспаривания, оцениваются судом как подтверждение отсутствия у Хария Р.И. свободного волеизъявления.

Подлежит отклонению как несостоятельный довод стороны ответчика о том, что первоначальные заявления Хария Р.И. от ... и от ... содержали лишь информацию о «намерении» прекратить трудовые отношения, но не являлись распорядительными документами (просьбами) о расторжении трудового договора, поскольку данная позиция основана на неверном толковании норм материального права.

Закон не устанавливает строго фиксированных, унифицированных фраз или бланков для выражения работником своего желания прекратить трудовые отношения. Единственным императивным требованием является письменная форма предупреждения работодателя, а потому использование истцом в текстах заявлений формулировок о «намерении расторгнуть трудовой договор» в сопоставлении с указанием на конкретные материально-правовые основания (ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации) являлось прямым, юридически выраженным извещением работодателя о начале течения установленного законом двухнедельного срока предупреждения.

Тот факт, что администрация учреждения проигнорировала указанные заявления, мотивируя это отсутствием в них стандартных кадровых фраз, а свидетель Виклейн Е.В. лично требовала от Хария Р.И. изменить текст для «минимизации судебных рисков», расценивается судом как уклонение работодателя от фиксации дефекта воли сотрудника. Получив письменные заявления, в которых работник связывал свое «намерение» расторгнуть трудовой договор с прямыми угрозами со стороны администрации работодателя, ответчик не мог формально уклоняться от их рассмотрения под предлогом «неточности формулировок». Последовательный отказ ОГАУЗ «ТОКБ» произвести увольнение истца в установленные первыми заявлениями сроки в сочетании с удержанием его в состоянии неправомерного отстранения от работы расценивается судом как намеренное создание условий с целью вынудить сотрудника предоставить заявление в «удобной» для работодателя форме, что полностью исключает признак добровольности увольнения.

Довод ответчика об обращении в Государственную инспекцию труда в ... за разъяснением норм права отклоняется судом как несостоятельный, поскольку указанный механизм реагирования задействован ОГАУЗ «ТОКБ» исключительно после поступления третьего заявления истца от ... , а потому в отсутствие аналогичных действий со стороны работодателя при получении первоначальных заявлений Хария Р.И. от ... и ... , содержавших сведения о дефекте воли, указанное обращение в контролирующий орган не может служить доказательством правомерности действий работодателя.

Таким образом, изложенные обстоятельства в их системной взаимосвязи свидетельствуют о наличии дефекта воли Хария Р.И. , что исключает квалифицирующий признак добровольности, предусмотренный п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем суд приходит к выводу о доказанности истцом обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии добровольного волеизъявления на увольнение и, как следствие, о незаконности увольнения истца.

Следовательно, поскольку приказ об увольнении истца не является законным, истец подлежит восстановлению на работе в прежней должности с ... .

Довод ответчика о том, что истец добровольно воспользовался своим правом на увольнение и впоследствии не отозвал заявление, суд отклоняет.

Право на отзыв заявления, предусмотренное ч.4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, не исключает возможности судебной проверки самого факта добровольности первоначального волеизъявления.

Если заявление об увольнении изначально подано под принуждением и не отражало действительной воли работника, отсутствие последующего отзыва такого заявления само по себе не свидетельствует о добровольности увольнения.

Довод ответчика о злоупотреблении истцом правом также не нашел достаточного подтверждения.

Как указывалось выше, представленные доказательства свидетельствуют о наличии между сторонами продолжительного конфликта, однако само по себе обращение работника в контролирующие органы, профсоюз и суд за защитой предполагаемо нарушенных трудовых прав не может рассматриваться как злоупотребление правом при отсутствии доказательств недобросовестной цели таких обращений.

В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный спор, орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения ниже оплачиваемой работы.

Частью 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Согласно ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате, в том числе, незаконного увольнения.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за все время вынужденного прогула.

Указанный средний заработок подлежит исчислению в соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Положением «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от ... ... .

Учитывая, что Харий Р.И. незаконно уволен приказом от ... ... -л, расчетным периодом для исчисления среднего заработка является временной отрезок с ... по 31.05.2026 .

Согласно представленной в материалы дела справке о доходах и удержанных суммах налога (утвержденной Приказом ФНС России от ... ... в расчетный период Харию Р.И. начислены доходы по различным кодам классификации ФНС.

Руководствуясь п.2 Положения ... , суд включает в общую базу расчета исключительно выплаты, предусмотренные системой оплаты труда, а именно:

Код 2000 (вознаграждение за выполнение трудовых обязанностей / оклад) — на основании пп. «а» п.2 Положения ... ;

Код 2002 (премии за производственные результаты) — на основании пп.«н» п.2 Положения ... ;

Код 2006 (выплаты, обусловленные районным регулированием оплаты труда) — на основании пп. «л» п.2 Положения ... .

В силу императивных требований п.5 Положения ... , при исчислении среднего заработка из расчетного периода полностью исключаются периоды, а также начисленные за эти периоды суммы, если работник освобождался от работы с сохранением заработка или получал пособие по временной нетрудоспособности. На данном основании суд полностью исключает из расчета суммы по коду 2012 (обычные отпускные) и коду 2300 (пособия по больничным листам). Также исключена сумма по коду 2013 (компенсация отпуска при увольнении), как выплата материального характера, начисленная за рамками расчетного периода (в июне 2026 года) в соответствии с п.3 Положения ... .

Аналогичный порядок формирования базы, исключения периодов и расчета заработка сохранен в новом постановления Правительства Российской Федерации от ... ... , сменившего Постановление ... с ... .

Таким образом, общая сумма учитываемого дохода истца за расчетный период составила 278874,8 руб .

В соответствии с п.9 Положения ... , средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка (далее по тексту - СДЗ) на количество дней в подлежащем оплате периоде. СДЗ исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Согласно представленному суду Табелю учета рабочего времени за период с июня 2025 года по май 2026 года количество фактически отработанных дней Хария Р.И. (дни с кодом «Я»/«01») составило 135 дней .

В силу требований ст. 234 и ч.2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения возможности трудиться, начиная со дня, следующего за днем незаконного увольнения, по день вынесения судебного решения.

Период вынужденного прогула Хария Р.И. исчисляется с 17.06.2026 (день, следующий за датой прекращения трудового договора ... ) по ... (дата вынесения решения суда).

В соответствии с производственным календарем Российской Федерации на 2026 год, утвержденным Минтруда Российской Федерации, при пятидневной рабочей неделе с двумя выходными днями, указанный период составляет 39 рабочих дней .

Таким образом, компенсация за время вынужденного прогула за период с ... по ... включительно составляет сумму в размере 80563,83 руб. (278874,8/135*39), которая подлежит взысканию с ОГАУЗ «ТОКБ» в пользу истца.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и другое.

В своем исковом заявлении просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, абз.2 п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Оценив собранные по делу доказательства, установив факт нарушения трудовых прав истца, суд считает требования о компенсации морального вреда правомерным.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд исходит из разъяснений высших судебных инстанций, требований разумности, соразмерности и справедливости, учитывая конкретные обстоятельства дела, характер и степень тяжести допущенных ответчиком нарушений трудовых прав истца, а также объем причиненных работнику нравственных страданий. На основании системной оценки указанных факторов в их совокупности, принимая во внимание характер претерпеваемых истцом негативных последствий и необходимость последующего обращения в судебные органы за защитой нарушенных прав, суд считает необходимым частично удовлетворить заявленные требования, определив сумму компенсации морального вреда в размере 50000 руб.

В соответствии со ст. 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета муниципального образования « ... » подлежит взысканию государственная пошлина в размере 13000 руб., в том числе, по требованиям имущественного характера 4000 руб. и по требованиям неимущественного характера в размере 9000 руб.

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Резолютивная часть

Решил

Исковые требования Хария Р. И. ... ) к ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» ( ... ) удовлетворить частично.

Признать приказ ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» от ... ... -л о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) незаконным.

Восстановить Хария Р. И. на работе в ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» в прежней должности инженера эксплуатационно-технической службы.

Решение суда в части восстановления Хария Р. И. на работе в ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» в пользу Хария Р. И. компенсацию за время вынужденного прогула за период с ... по ... включительно в размере 80 563 (восемьдесят тысяч пятьсот шестьдесят три) рубля 83 копеек. (сумма без удержания НДФЛ).

Взыскать с ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» в пользу Хария Р. И. компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований Хария Р. И. о взыскании компенсации морального вреда — отказать

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томская областная клиническая больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 13 000 (тринадцать тысяч) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Октябрьский районный суд ... .

Мотивированный текст решения изготовлен ... .

Судья А.А. Саркисян

Подлинный документ подшит в деле № 2-3164/2026 в Октябрьском районном суде ... . УИД № 70RS0003-01-2026-005505-71.