Определениепо делу № 8Г-2696/2026 [88-4332/2026]

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Давыдовой Т.И.

судей Шушкевич О.В., Руновой Т.Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2244/2025 по иску Костяковой Алены Николаевны к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре о признании незаконным решения об отказе в назначении страховой пенсии по старости, включении периода работы в страховой стаж, назначении досрочной страховой пенсии, по кассационной жалобе Костяковой Алены Николаевны на решение Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 23 июня 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 14 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Седьмого кассационного суда общей юрисдикции Шушкевич О.В. об обстоятельствах дела, принятых судебных актах, доводах кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

Установила

Костякова А.Н. обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре (далее - ОСФР по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре), с учетом уточнения о признании незаконным решения об отказе в назначении пенсии от 14 февраля 2024 года № 8271/24, 8296/24, включении в страховой и специальный стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» периода работы с 10 августа 2000 года по 01 августа 2006 года; перерасчете и начислении пенсии с учетом спорного периода работы с момента обращения – с 12 января 2024 года, взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В обоснование иска указала на то, что 12 января 2024 года она обратилась в ОСФР по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости, по результатам рассмотрения которого в назначении пенсии было отказано в связи с отсутствием необходимого страхового и специального стажа работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, при этом в указанный стаж ответчиком не включен период работы в ЗАО «Вега» с 10 августа 2000 года по 01 августа 2006 года. Полагала решение ответчика незаконным, поскольку стаж работы подтвержден дубликатом трудовой книжки, оригиналом справки от 22 июля 2010 года. Ссылаясь на постановление Верховного Суда Российской Федерации от 24 сентября 2018 года № 81-КГ18-18, указала на то, что при назначении пенсии, в том числе досрочной периоды работы или иной деятельности, которые включаются в страховой стаж и стаж на соответствующих видах работ, а также порядок исчисления и правила подсчета указанного стажа устанавливаются в соответствии с нормами пенсионного законодательства Российской Федерации. Периоды работы учитываются при исчислении страхового стажа в целях определения права на пенсию независимо от уплаты страховых взносов.

Решением Ханты-Мансийского районного суда от 04 октября 2024 года исковые требования Костяковой А.Н. удовлетворены частично. Признано незаконным решение ОСФР по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре от 14 февраля 2024 года № 8271/24, 8296/24 об отказе в установлении Костяковой А.Н. страховой пенсии по старости. На ОСФР по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре возложена обязанность включить Костяковой А.Н. в страховой стаж и стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, период работы с 10 августа 2000 года по 31 июля 2006 года в ЗАО «Вега» в должности кондитера-оформителя в кондитерском цехе и назначить страховую пенсию по старости с 12 января 2024 года. В удовлетворении остальной части исковых требований Костяковой А.Н. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 21 января 2025 года решение Ханты-Мансийского районного суда от 04 октября 2024 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 28 апреля 2025 года решение Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 04 октября 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 21 января 2025 года отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 23 июня 2025 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 14 октября 2025 года, исковые требования Костяковой А.Н. оставлены без удовлетворения.

В кассационной жалобе Костякова А.Н. ставит вопрос об отмене принятых судебных постановлений ввиду их незаконности. Указывает на ошибочное применение судами положений пункта 60 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015, ставя ей в вину не оформление трудовой книжки в соответствии с требованиями законодательства. Между тем надлежащее ведение кадровых документов, в том числе трудовой книжки, хранение и учет трудовых книжек возлагается на работодателя, а не на работника, вследствие чего ненадлежащее исполнение работодателем возложенной на него обязанности не может влиять на ее пенсионные права, равно как и неуплата страхователем страховых взносов. Ссылается на различную оценку доказательств судом апелляционной инстанции. Полагает, что спорный период работы подтвержден дубликатом трудовой книжки, справкой с места работы, нотариально заверенными свидетельскими показаниями.

Истец Костякова А.Н., представитель ответчика ОСФР по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о времени и месте судебного разбирательства по настоящему делу заблаговременно была размещена на официальном сайте Седьмого кассационного суда общей юрисдикции. В соответствии со статьями 167, 3795 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии со статьей 3797 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Обсудив доводы кассационной жалобы, изучив материалы гражданского дела, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебных актов.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Костякова А.Н., данные изъяты года рождения, имеет двоих несовершеннолетних детей, рожденных на территории Российской Федерации: данные изъяты , зарегистрирована в системе обязательного пенсионного страхования 11 августа 2006 года,

12 января 2024 года Костякова А.Н. обратилась в ОСФР по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

Решением ОСФР по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре от 14 февраля 2024 года № 8271/24, 8296/24 Костяковой А.Н. отказано в установлении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием необходимой продолжительности страхового стажа. При этом в страховой стаж и стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, не включен период работы истца в ЗАО «Вега» с 10 августа 2000 года по 31 июля 2006 года по причине отсутствия сведений о начислении и уплате страховых взносов.

Согласно указанному решению страховой стаж Костяковой А.Н. составил 17 лет 03 месяца 14 дней, стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, - 12 лет 04 месяца 02 дня.

В страховой стаж не включен спорный период работы по представленному дубликату трудовой книжки, т.к. дата внесения записи с первого места работы (10 августа 2000 года) не соответствует дате заполнения титульного листа указанного дубликата. Согласно архивной справке № С-2620 от 20 сентября 2023 года, выданной МКУ «Муниципальный архив г. Сургута», документы ЗАО «Вега» на хранение не поступали, местонахождение документов неизвестно, согласно справке ОВУ от 18 сентября 2018 года № 9640 предприятие исключено 25 октября 2017 года, как фактически прекратившее деятельность.

Согласно представленному истцом дубликату трудовой книжки от 22 июля 2010 года данные изъяты , оформленному ЗАО «Вега», Костякова А.Н. 10 августа 2000 года принята на работу в качестве кондитера-оформителя в кондитерский цех; 01 декабря 2008 года уволена по собственному желанию. Трудовая книжка содержит отметку (штамп) о работе в указанный период в местности, приравненной к районам Крайнего Севера.

Согласно справке № 086 от 22 июля 2010 года, выданной генеральным директором ЗАО «Вега», Костякова А.Н. в период с 10 июля 2000 года по 01 декабря 2008 года работала в ЗАО «Вега» кондитером-оформителем. В основании выдачи справки указаны личная карточка форты Т-2, приказы за 2005-2010 гг.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ЗАО «Вега» 25 октября 2017 года зарегистрировано прекращение деятельности юридического лица.

Согласно сведениям ОСФР по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре в страховой стаж и стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, включен период работы истца в ЗАО «Вега» с 01 августа 2006 года по 01 декабря 2008 года на основании выписки из индивидуального лицевого счета, спорный период работы с 10 августа 2000 года по 31 июля 2006 года не включен в стаж истца, поскольку за указанный период ЗАО «Вега» страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации за Костякову А.Н. не начислялись и не уплачивались.

Разрешая спор и отказывая Костяковой А.Н. в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 4, 8, 11, 14, 28, 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», пунктов 10, 11, 43 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015, пункта 3 Порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденного приказом Минздравосоцразвития Российской Федерации от 31 марта 2011 года № 258н, статей 3, 8.1, 11 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», исходил из того, что за период работы в ЗАО «Вега» с 10 августа 2000 года по 31 июля 2006 года работодателем страховые взносы в отношении истца не уплачивались, в связи с чем не имеется оснований для включения его в стаж истца; в связи с отсутствием необходимого страхового и специального стажа работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, не имеется оснований для назначения досрочной страховой пенсии.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Не принимая во внимание предоставленный истцом дубликат трудовой книжки от 22 июля 2010 года, суд апелляционной инстанции обратил внимание на то, что в соответствии с пунктом 60 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 года № 1015, записи в трудовой книжке, учитываемые при подсчете страхового стажа, должны быть оформлены в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день их внесения в трудовую книжку.

Тогда как, указанный дубликат трудовой книжки оформлен с нарушением Инструкции по заполнению трудовых книжек, утвержденной постановлением Минтруда России от 10 октября 2003 года № 69, которая не предусматривает заполнения дубликата трудовой книжки организацией, где работал работник, по прошествии времени после увольнения, поскольку при отсутствии у работника трудовой книжки в период работы у этого работодателя оформляется трудовая книжка. В частности согласно пункту 3 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2003 года № 225, трудовая книжка заполняется работодателем на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, если работа у данного работодателя является для работника основной.

Суд апелляционной инстанции отклонил доводы истца о том, что неуплата работодателем страховых взносов не может служить основанием к отказу во включении в страховой и специальный стаж спорного периода работы, поскольку ЗАО «Вега» состояло на учете в пенсионном органе в качестве страхователя по месту нахождения, осуществления финансово-хозяйственной деятельности, ведения индивидуального (персонифицированного) учета в отношении работающих у него лиц с 06 июня 1997 года по 25 октября 2017 года. При этом ЗАО «Вега» производило отчисления страховых взносов за истца только за период работы с 2007 года по 2008 год, доказательства отчисления страховых взносов с 2000 года по 2006 год отсутствуют.

Предоставленное истцом решение Сургутского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 11 января 2016 года суд апелляционной инстанции не признал доказательством, подтверждающим факт работы истца в ЗАО «Вега» с 2000 года по 2006 год, поскольку оно принято в подтверждение факта проживания истца на территории Сургутского района с 1999 года и на 2016 год (дата принятия решения суда). Кроме того, в решении суда указано, что Костякова А.Н. с 10 августа 2000 года по 01 декабря 2008 года работала в ЗАО «Вега», расположенном в поселке Белый Яр Сургутского района, в то время как из выписки из ЕГРЮЛ и нотариально заверенных свидетельских показаний данные изъяты ., предоставленных истцом, следует, что истец работала в ЗАО «Вега», расположенном в г. Сургуте. При этом из предоставленных данные изъяты сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица следует, что работодатель ЗАО «Вега» с 2000 года (с даты трудоустройства на работу) в отношении свидетелей производил страховые отчисления в Пенсионный фонд, в то время как за истца в спорный период работодатель сведения индивидуального (персонифицированного) учета не представлял, а начал их представлять только с 01 августа 2006 года.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отметил, что в соответствии со статьей 14 Федерального закона «О страховых пенсиях» характер работы показаниями свидетелей не подтверждается, следовательно, факт работы истца в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, свидетельскими показаниями не может быть подтвержден.

Оснований для применения в настоящем споре постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 июля 2007 года № 9-П, суд апелляционной инстанции не усмотрел, поскольку каких-либо доказательств начисления истцу заработной платы в спорный период в материалы дела не представлено, судом не добыто.

С учетом предоставленных сторонами доказательств суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что Костякова А.Н. в период с 2000 по 2006 года фактически не являлась работником ЗАО «Вега», поскольку за нее работодателем не производились отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд, при том, что за остальных работников работодатель отчитывался, начиная с того же 2000 года. В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлены какие-либо документы, подтверждающие виновные действия работодателя ЗАО «Вега» в непредставлении в отношении нее необходимых документов для ведения индивидуального (персонифицированного) учета.

Судебная коллегия соглашается с приведенными выводами судов первой и апелляционной инстанций и считает, что выводы судов основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном распределении между сторонами бремени доказывания, установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного закона, женщинам, родившим двух и более детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 20 лет и проработали не менее 12 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 17 календарных лет в приравненных к ним местностях.

В соответствии с частью 4 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 2, 6 и 7 части 1 данной статьи, утверждаются Правительством Российской Федерации.

В целях реализации указанного законоположения постановлением Правительства Российской Федерации от 10 сентября 2021 года № 1532 утверждены Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 2, 6 и 7 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях».

В силу пункта 2 указанных Правил исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 2, 6 и 7 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», осуществляется с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516, с учетом особенностей, установленных пунктом 3.

В соответствии с пунктом 4 Правил исчисления периодов работы, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июля 2002 года № 516, в стаж работы, дающей право на досрочную пенсию, засчитываются периоды работы на соответствующих видах работ (в должностях и в учреждениях), выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, за которые уплачиваются страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, если иное не предусмотрено Правилами или иными нормативными правовыми актами.

Согласно пункту 2 статьи 3 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховой стаж - это учитываемая при определении права на страховую пенсию и ее размера суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж.

В соответствии с частью 1 статьи 11 Федерального закона «О страховых пенсиях» в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 данного закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Условия и порядок подтверждения страхового стажа, в том числе для досрочного назначения страховой пенсии по старости, определены статьей 14 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Статьей 14 Федерального закона «О страховых пенсиях» предусмотрено, что при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 данного закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (часть 1).

При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 этого закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (часть 2 статьи 14 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Согласно пункту 43 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015, периоды работы и (или) иной деятельности после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются документами об уплате соответствующих обязательных платежей, выдаваемыми в установленном порядке территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Аналогичные положения содержатся в пункте 3 Порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденного приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 31 марта 2011 года № 258н.

Из положений статьи 3 Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» следует, что целями индивидуального (персонифицированного) учета являются, в том числе создание условий для назначения страховых и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица; обеспечение достоверности сведений о стаже и заработке (доходе), определяющих размер страховой и накопительной пенсий при их назначении (абзацы первый - третий статьи 3).

В соответствии с пунктами 1, 2, 8 статьи 11 Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователи представляют в органы Пенсионного фонда Российской Федерации (с 01 января 2023 года в органы Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации) по месту их регистрации сведения о трудовой деятельности, в том числе дающей право на досрочное пенсионное обеспечение; в налоговые органы - сведения о сумме заработка (дохода), в том числе на который начислялись страховые взносы, сумме начисленных страховых взносов в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

При этом на страхователя возлагается обязанность в случае приема на работу работника, не зарегистрированного в системе обязательного пенсионного страхования, представить в территориальный орган Фонда документы для открытия на такого работника индивидуального лицевого счета (часть 1 статьи 9 вышеуказанного закона) не позднее рабочего дня, следующего за днем приема гражданина на работу или заключения с гражданином соответствующего договора (пункт 10 Инструкции о порядке ведения индивидуального (персонифицированного) учета сведений о зарегистрированных лицах, утвержденной приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 03 апреля 2023 года № 256н). Действовавшая в спорный период (на момент заключения трудового договора) аналогичная Инструкция, утвержденная постановлением Правительства Российской Федерации от 15 марта 1997 года № 318, предусматривала такой срок для страхователя - в течение 2 недель с даты заключения договора (пункт 6).

Пенсионный фонд Российской Федерации осуществляет прием и учет сведений о застрахованных лицах в системе индивидуального (персонифицированного) учета, а также внесение указанных сведений в индивидуальные лицевые счета застрахованных лиц в порядке и сроки, которые определяются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (статья 8.1 Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования»).

В соответствии со статьей 28 Федерального закона «О страховых пенсиях» работодатели несут ответственность за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования. Статьей 17 Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» также предусмотрено, что страхователи, уклоняющиеся от представления предусмотренных данным законом достоверных и в полном объеме сведений, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

По смыслу приведенных нормативных положений, индивидуальный (персонифицированный) учет используется в целях назначения страховой и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица на основе страхового стажа конкретного застрахованного лица и его страховых взносов, обязанность по уплате которых законом возложена на страхователей. Страхователь (работодатель) представляет в Пенсионный фонд Российской Федерации о каждом работающем у него застрахованном лице сведения, в том числе, необходимые для открытия индивидуального лицевого счета, а также о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ, после получения которых Пенсионный фонд Российской Федерации вносит эти сведения в индивидуальный лицевой счет застрахованного лица. При этом страхователи (работодатели) несут ответственность за своевременность и достоверность сведений, представляемых ими для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

Изучение материалов дела показало, что судами все юридически значимые обстоятельства установлены верно, представленным сторонами доказательствам дана верная правовая оценка, выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на приведенном выше правовом регулировании спорных правоотношений, установленных судами обстоятельствах и доводами кассационной жалобы не опровергаются.

Установив, что спорный период работы Костяковой А.Н. не подтвержден сведениями индивидуального (персонифицированного) учета, отсутствуют сведения об уплате работодателем страховых взносов в отношении истца за спорный период, суды нижестоящих инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в части включения данного периода в общий и специальный стаж работы и, как следствие, отсутствии у истца права на досрочное назначение страховой пенсии в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Доводы истца в кассационной жалобе об ошибочном применении судами положений пункта 60 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015, отсутствии ее вины в ненадлежащем оформлении трудовой книжки, ограничении права на пенсионное обеспечение, не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций.

Как было указано выше, помимо оформления записей в трудовой книжке в соответствии с требованиями законодательства периоды работы после 01 января 2002 года могут быть учтены в страховой стаж только при условии уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, что в данном случае не подтверждено, оснований полагать, что работодателем ЗАО «Вега» были допущены нарушения требований Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» в отношении истца за спорный период, у судов не имелось, таких доказательств в материалы дела не представлено.

Доводы жалобы о том, что спорный период работы подтвержден дубликатом трудовой книжки, справкой с места работы, о незаконности судебных постановлений не свидетельствуют, поскольку с учетом установленных обстоятельств указанные доказательства обоснованно судами поставлены под сомнение.

Вопреки доводам кассационной жалобы, учитывая само понятие страхового стажа, как периодов работы, за которые начислялись и уплачивались страховые взносы (статья з Федерального закона «О страховых пенсиях»), действующую с 01 января 2002 года страховую природу пенсионного обеспечения, введенную в связи с принятием Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в соответствии с которым с 01 января 2002 года в страховой стаж в целях определения права на пенсию, в том числе досрочную стали включаться периоды работы в случае уплаты страховых взносов, в отсутствие доказательств фактического осуществления трудовой деятельности с 10 августа 2000 года по 01 августа 2006 года, начисления заработной платы у судов первой и апелляционной инстанций не имелось оснований для удовлетворения исковых требований.

Ссылка истца на нотариально заверенные свидетельские показания является несостоятельной, поскольку, как верно указал суд апелляционной инстанции, в соответствии с частью 3 статьи 14 Федерального закона «О страховых пенсиях» характер работы свидетельскими показаниями не подтверждается.

Приведенные в кассационной жалобе доводы основаны на неверном, ошибочном толковании норм материального права, а потому не влекут отмену обжалуемых судебных постановлений.

Вопреки доводам жалобы, из материалов дела следует, что в соответствии со статьями 12, 56, 57, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суды первой и апелляционной инстанций правильно установили обстоятельства, имеющие значение для дела, всесторонне, полно и объективно исследовали представленные сторонами по делу доказательства, дали им надлежащую правовую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности и достаточности доказательств в их совокупности, отразив результаты их оценки в судебных актах.

Несогласие истца с толкованием судами норм материального права, подлежащих применению к спорным правоотношениям, а также с оценкой представленных по делу доказательств, к чему сводятся приведенные в кассационной жалобе доводы, не может являться основанием для отмены правильных по существу судебных постановлений.

При рассмотрении настоящего гражданского дела судами первой и апелляционной инстанций не допущено нарушений и неправильного применения норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных постановлений, а также нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 3797 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебных актов.

С учетом изложенного судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм права, оснований для их отмены в соответствии со статьей 3797 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 3795, 390, 3901 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции

Резолютивная часть

Определила

решение Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 23 июня 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 14 октября 2025 года оставить без изменения, кассационную жалобу Костяковой Алены Николаевны – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи