Апелляционное определениепо делу № 33-1412/2026

Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего Чеченкиной Е.А., судей: Алексеевой О.Б., Цветковой О.С., при секретаре (помощнике судьи) Рыженковой Е.В., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Кондратьевой Ольги Александровны к Банку ВТБ (ПАО) о признании договора недействительным, по апелляционной жалобе ответчика Банка ВТБ (ПАО) на решение Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 февраля 2026 года.

Заслушав доклад судьи Чеченкиной Е.А., объяснения представителя ответчика Банка ВТБ (ПАО) - Аргунова Р.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя истца Кондратьевой О.А. – Новиковой Н.П., возражавшей в удовлетворении апелляционной жалобы,

Установила

Кондратьева О.А. обратилась в суд с иском к Банку ВТБ (ПАО) о признании договора по автокредиту с отложенным залогом № V621/1044-0002162 от 25.07.2024 недействительным, сославшись на то, что сделка совершена ею под влиянием обмана в результате мошеннических действий неустановленных лиц, представившихся работниками Центрального Банка России, следуя указаниям которых истица оформила кредит на сумму 1 999 779 руб. 64 коп. сроком на 7 лет под 25,44 % годовых, после чего, не осознавая своих действий, также по указанию мошенников, с целью необходимости сохранения денежных средств на безопасном счете, внесла вышеуказанную сумму на якобы безопасный счет. Учитывая, что вышеуказанный автокредит взят истицей неосознанно и не для приобретения автомобиля либо еще какого-либо использования в личных целях, Кондратьева О.А. взяв в долг денежные средства, погасила задолженность по указанному кредиту. Полагая, что заемные денежные средства были предоставлены ей банком без должной оценки ее кредитоспособности, а также под влиянием обмана в результате мошеннических действий третьих лиц, просила признать его недействительным.

Уточнив требования со ссылкой на судебную психолого-психиатрическую экспертизу, установившую, что в момент заключения договора истица формально понимала характер своих действий, а именно, понимала, что заключала договор по автокредиту, но не могла понимать значение своих действий и руководить ими в период совершения финансовой сделки 25.07.2024 из-за ошибочного смыслового восприятия и оценки ситуации, обусловившего нарушением способности свободно и осознанно принимать решения и руководить своими действиями по его реализации, вследствие повышенного эмоционального напряжения с аффективно-личностно охваченностью, просила на основании ст.ст. 8, 10, 166, 168, 177, 178 и 179 ГК РФ признать договор по автокредиту с отложенным залогом № V621/1044-0002162 от 25.07.2024 недействительным, применить последствия недействительности сделки: признать отсутствующими обязательства Кондратьевой О.А. перед Банком ВТБ (ПАО) по данному кредитному договору, обязать Ьанк вернуть ей денежные средства в размере 1 999 779 руб. 64 коп.

В судебном заседании представитель истца Новикова Н.П. требования поддержала.

Представитель Банка ВТБ (ПАО) Андросова Д.В. требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Данный договор был заключен при личной явке истца в Банк, с использованием системы дистанционного банковского обслуживания, подписан простой электронной цифровой подписью. Истец получила денежные средства наличными, с целью дальнейшего перечисления на счета третьих лиц. В случае удовлетворения судом исковых требований о признании кредитного договора недействительным, по мнению представителя Банка, должны применяться последствия признания сделки недействительной – взыскание в пользу Банка ВТБ (ПАО) суммы выданного кредита. Дополнительно пояснила, что всего сумма кредита составила 1 999 779,64 руб., из них страхование жизни и здоровья – 184 779,64 руб. были возвращены на счет, но не списывались в счет погашения платежей, а так же коробочные страховые продукты, которые можно было вернуть – 3 700 руб., 2 800 руб.,7 400 руб., страхование от мошенничества - страховая премия 990 руб., за страховой выплатой истец не обращалась, в этом случае покрытие составило бы в пределах лимита 100 000 руб. В общем итоге истцом собственных денежных средств было внесено на сумме 1 862 260 руб. 37 коп.

Решением Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 февраля 2026 года исковые требования удовлетворены частично. Признан недействительным кредитный договор от 25.07.2024 № V621/1044-0002162, заключенный между Банком ВТБ (ПАО) и Кондратьевой О.А. Применены последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующим обязательства Кондратьевой О.А. перед Банком ВТБ (ПАО) по данному кредитному договору, взыскания с Банка ВТБ (ПАО) в пользу Кондратьевой О.А. денежных средств в сумме 1 862 260 руб. 37 коп.

В апелляционной жалобе Банк просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, принять по делу новое решение – об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме. Ссылается на нарушение судом первой инстанции применения норм материального права о признании сделки недействительной, в частности положения ст. 177 ГК РФ, согласно которым юридически значимыми обстоятельствами являются установление неспособности стороны понимать значение своих действий или руководить ими ввиду наличия психического расстройства, степени его тяжести, степени нарушения интеллектуального или волевого уровня, бремя доказывания которых лежит на истце. Полагает, что таких доказательств истцом не представлено. Ставит под сомнение выводы судебной экспертизы, содержащей, по их мнению, противоречия, в том числе показаниям экспертов в судебном заседании, а также ввиду единой подчиненности работодателя истца (врача по профессии) – ОГБУЗ «СОКБ» и ОГБУЗ «СОПКД», проведшего экспертизу, - Министерству здравоохранения Смоленской области. Также ссылается на необоснованность вывода суда о недобросовестности в действиях Банка, на избирательность применения судом последствий недействительности сделки – а именно неприменение двусторонней реституции.

Представитель Банка ВТБ (ПАО) Аргунов Р.В. в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме.

Представитель истца Кондратьевой О.А. – Новикова Н.П в удовлетворении апелляционной жалобы возражала, полагала решение суда первой инстанции законным и обоснованным, не подлежащим отмене.

Истец Кондратьева О.А. в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явилась, извещена надлежаще, обеспечила явку представителя.

Руководствуясь ст.ст. 167, 327 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.

Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 25.07.2024 между Банком ВТБ (ПАО) и Кондратьевой О.А. заключен кредитный договор №V621/1044-0002162, согласно которому кредитор обязался предоставить заемщику денежные средства в сумме 1 999 779,64 руб. на срок по 25.07.2031 с взиманием за пользование кредитом 25,44 % годовых, а заемщик обязался возвратить полученную и уплатить проценты за пользование кредитом.

Данный договор заключен при личной явке истца в Банк с использованием системы дистанционного банковского обслуживания, подписан простой электронной цифровой подписью, в соответствии с Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО) (далее - Правила ДБО), которыми установлено, что клиенту предоставляются услуги дистанционного банковского обслуживания с использованием системы «ВТБ-Онлайн».

Обстоятельства наличия данных ею подтверждений в приложении ВТБ-Онлайн на заключение кредитного договора и факт поступления кредитных денежных средств в размере 1 999 779,64 руб. на счет Кондратьевой О.А. подтверждается выпиской по счету и истцом не оспаривается.

В этот же день, 25.07.2024 Кондратьевой О.А. в кассе банка были выданы наличными кредитные денежные средств в сумме 1 800 000 руб., которые впоследствии были переведены по указанию мошенников на счета третьих лиц через банкомат «Райффайзенбанк» на указанную мошенниками карту истцом было переведено 1 779 000 руб. (л.д. 8-9).

Также судом установлено, что в период времени 25.07.2024 с 18 час. 30 мин. по 09 час. 46 мин. неустановленное лицо, действуя умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана и злоупотребления доверием под предлогом сохранения денежных средств на безопасном счете, похитило денежные средства на общую сумму 2 779 000 руб., принадлежащее Кондратьевой О.А.

В этой связи Постановлением следователя № 1 СУ УМВД России по г. Смоленску по данному факту 27.07.2024 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ (л.д.7).

Согласно выводам проведенной Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Смоленский областной психоневрологический клинический диспансер» по делу судебной комплексной амбулаторной психолого-психиатрической экспертизы от 06.05.2025 № 210 Кондратьева О.А. каким-либо психическим расстройством не страдает, о чём свидетельствует: отсутствие грубых поведенческих, когнитивных, психотических, аффективных нарушений, необходимости обращения к врачу психиатру за лечебно-консультативной помощью, сведений об удовлетворительной социальной и трудовой адаптации, а также данные настоящего психологопсихиатрического исследования, указывающие на сохранность ориентировки, восприятий, памяти, мышления, достаточный уровень знаний и представлений, способность защищать свои интересы и критическое отношение к своим поступкам (ответ на вопрос №1). В юридически значимый период (25.07.2024г.) каким-либо психическим расстройством, которое нарушало бы ее способность понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период времени (25.07.2024г.), не страдала.

В то же время, экспертами сделан вывод о том, что в период совершения юридически значимого действия (25.07.2024) в условиях манипулятивного воздействия у подэкспертной был актуализирован мотив сохранения своих денежных средств. Цель была задана ей извне. Индивидуально-психологические особенности Кондратьевой О.А., а именно высокая чувствительность, ригидность (склонность к застреванию, фиксации, в том числе на субъективно-значимых моментах с недостаточной гибкостью в межличностных отношениях, конфорностью (ориентацией на внешние требования и податливостью к ним), склонность к пессимистической оценке перспектив при стрессе оказали влияние на ее поведение в исследуемой ситуации. От подэкспертной не требовалось осмысления выбора и принятия решения; предложенные ей средства достижения воспринимались как правильные и безальтернативные. У подэкспертной сформировалось состояние эмоционального напряжения с аффективно-личностной охваченностью, которое сопровождалось ощущением тревоги, безысходности, и проявлялось зависимым поведением в условиях манипулятивного воздействия. Данное состояние препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации. Критические функции подэкспертной в отношении совершенной сделки были ослаблены, прогноз ситуации искажен. Характер своих действий, что заключала договор по автокредиту, формально понимала, но не могла понимать значение своих действий и руководить ими в период совершения финансовой сделки от 25.07.2024 г из-за ошибочного смыслового восприятия и оценки ситуации, обусловившего нарушения способности свободно и осознанно принимать решения и руководить своими действиями по его реализации, вследствие повышенного эмоционального напряжения с аффективно-личностной охваченностью (л.д. 106-109).

Допрошенные в судебном заседании эксперты Тихонова И.Н., Мельникова Т.И. выводы экспертного заключения поддержали, дополнительно пояснив, что истец, беря кредит, понимала фактическую сторону правоотношения, понимала, что берет деньги, но оказавшись в такой психотравмирующей ситуации, не понимала, что ей эти средства надо будет возвращать, она выполняла то, что ей говорили третьи лица, и цель была не взять кредит, а обезопасить свои средства, чтобы на нее не взяли кредит мошенники. Она в силу стрессовой ситуации и психологических особенностей не могла понимать последствия того, что кредит надо будет возвращать, у подэкспертной было нарушена целеположение. Истец значение своих действий формально понимала, но руководить ими не могла.

Учитывая данные обстоятельства, разрешая спор по существу, руководствуясь положениями ст.ст. 1, 10, 15, 160, 162, 166, 167, 171, 177, 178, 179, 307, 432, 434, ГК РФ, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положениями Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 18.10.2023, положениями Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленных исковых требований, признав спорный кредитный договор недействительным, поскольку Кондратьева О.А. заключила его с пороком воли, в результате мошеннических действий, под влиянием обмана, лишь с целью того, чтобы обеспечить сохранность денежных средств на безопасном счете, как ей было указано неустановленным в рамках уголовного дела лицом. При этом она в силу своего психического состояния не могла в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими. Получить денежные средства для использования их в личных целях Кондратьева О.А. намерений не имела, фактически денежными средствами кредитной организации она не воспользовалась, в этот же день перевела их на подконтрольные соучастникам банковские счета.

Все выводы суда основаны на приведенных выше доказательствах, с учетом заключения проведенной по делу судебной экспертизы, обращения истца в правоохранительные органы по факту совершения в отношении нее мошеннических действий.

Судебная коллегия с такими выводами суда первой инстанции соглашается

На основании п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Также сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ)

Более того, согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из содержания приведенной нормы следует, что неспособность понимать значение своих действий или руководить ими должна иметь место в момент совершения сделки, при этом в первую очередь должны быть установлены следующие обстоятельства: неспособность лица понимать значение своих действий или руководить ими и факт совершения сделки именно в таком состоянии.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Так согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В п. 50 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности, при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела она может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или п. 2 ст. 168 названного Кодекса. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пп. 7 и 8 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ).

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что заключение данного кредитного договора в результате мошеннических действий являлось способом хищения денежных средств банка посредством неосознанных в силу психического состояния действий Кондратьева О.А., которая в силу сложившихся обстоятельств стороной сделки, по сути, не являлась, поскольку, получив денежные средства, в личных целях ими не воспользовалась, перевела, не имея возможности руководить своими действиями, на счет третьих лиц по указанию мошенников.

При этом, возлагая ответственность на Банк, как оказывающий услуги потребителю, более сильной стороны, в силу Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», суд обоснованно учел, что в силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать соблюдение требований закона при заключении договора потребительского кредита, в частности того, что заемщику была предоставлена полная информация о кредите, что волеизъявление на заключение договора исходило именно от заемщика и т.д., возложена на Банк.

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Так, ст. 8 Закона о защите прав потребителей предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

Из материалов дела следует, что кредитный договор, хотя и заключался при личном присутствии истца в Банке, но был оформлен дистанционно, подписан простой электронной подписью. При непосредственном обращении истца в Банк 25.07.2024 в этот же день кредит был предоставлен, а денежные средства получены истцом посредством получения наличных в кассе Банка.

В пункте 15 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.10.2023, отмечается, что законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Закон обязывает банк или иную кредитную организацию доводить до потребителя финансовых услуг информацию об общих условиях предоставления кредита (займа) и согласовывать с ним индивидуальные условия его кредитования независимо от того, обращается потребитель за предоставлением кредита (займа) очно или дистанционно (п. 15 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.10.2023 г.).

В этой связи суд обоснованно установил, что Банком, как профессиональным участником правоотношений, не была проявлена добросовестность и осмотрительность при оформлении такого кредитного договора.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что п. 1 ст. 177 ГК РФ основан на необходимости учета действительной воли лиц, совершающих сделки (определения от 19 октября 2010 года N 1271-О-О, от 28 мая 2020 года N 1171-О, от 27 января 2022 года N 105-О и др.).

Согласно разъяснениям в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019, в соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора. Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным (п. 6).

Аналогичная позиция поддержана в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2025), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 25.04.2025 (п. 3).

Недобросовестности в действиях Кондратьевой О.А судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд первой инстанции обоснованно квалифицировал заключенный между Кондратьевой О.А. и Банком кредитный договор как недействительный по основаниям порока воли при воздействии мошенников, поскольку она в личных целях кредитными средствами не воспользовалась, перечислив их незамедлительно на указанные ей счета, и в этой связи признал отсутствующими обязательства Кондратьевой О.А. по оплате кредита, а внесенные ею добровольно в счет погашения кредита денежные средства - подлежащими возврату истцу.

Суд первой инстанции, с учетом всех обстоятельств дела, несмотря на заполненную истцом по требованию Банка письменную анкету, согласно которой истцом даны отрицательные ответы на поставленные вопросы, выявляющие наличие мошеннического воздействия третьих лиц, Определения Конституционного Суда РФ от 13.10.2022 № 2669-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Юшковой К.А. на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» пришел к верному выводу о том, что Банк ВТБ (ПАО), являясь профессиональным участником гражданского оборота на рынке финансовых услуг, и, соответственно, будучи достаточно осведомленным о рисках телефонного мошенничества в сфере кредитования населения, при заключении кредитного договора с Кондратьевой О.А. формально подошел к исполнению своих обязанностей, не проявил должную степень добросовестности и осмотрительности, не учел законные интересы заемщика и не оказал ему содействие в принятии правильного решения по поводу необходимости заключения оспариваемого кредитного договора на указанную сумму, с учетом явно обременительного характера возникающих у заемщика обязательств, нетипичности для нее такой операции, быстроты ее завершения (выдача денежной суммы наличными в день заключения кредитного договора), тем самым не установив действительной воли заемщика и цели заключения кредитного договора.

Факт воздействия мошенников на волю истца и отсутствия распоряжения кредитными денежными средствами Кондратьевой О.А. в личных целях Банком не оспаривается.

Доводы жалобы относительно неприменения судом в нарушение п. 2 ст. 167 ГК РФ последствий недействительности сделки при удовлетворении требований о признании договора недействительным в виде двусторонней реституции - возврата Банку кредитных денежных средств также не могут быть приняты во внимание ввиду следующего.

Заключение договора в результате мошеннических действий в отношении Кондратьевой О.А., которая в силу психического состояния не понимала в полной мере значения своих действий, не могла ими руководить, кредитными средствами в личных целях не воспользовалась, является неправомерным действием, посягающим на ее интересы.

В этой связи она применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ является не стороной ничтожной сделки, а третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора, что исключает применение в данном случае двусторонней реституции вопреки доводам Банка.

С учетом изложенного суд обоснованно признал отсутствующими обязательства Кондратьевой О.А. перед Банком, взыскав в ее пользу добровольно уплаченные ею денежные средства.

Несостоятельна и ссылка апеллянта на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2025 № 5-КГ25-174-К2 как основу правоприменения в рассматриваемых правоотношениях, поскольку приведенные обстоятельства спора установлены в рамках правоотношений купли-продажи жилого помещения между двумя равнозначными сторонами - физическими лицами, для рассмотрения настоящего спора преюдициального значения не имеют.

Более того, возникшие между сторонами в настоящем споре правоотношения аналогичными не являются, поскольку возникли в результате предоставления финансовых услуг Банком в рамках заключения кредитного договора с потребителем (физическим лицом), между неравнозначными сторонами, - Банком и заведомо более слабой стороной – потребителем (физическим лицом), подпадают под регулирование Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Доводы о несогласии с выводами судебной экспертизы, содержащей, по мнению апеллянта, противоречия, в том числе показаниям экспертов в судебном заседании, а также ее необъективности ввиду единой подчиненности работодателя истца (врача по профессии) – ОГБУЗ «СОКБ» и ОГБУЗ «СОПКД», проведшего экспертизу, - Министерству здравоохранения Смоленской области, доказательно не подтверждены, с кандидатурой экспертного учреждения, как и самим назначением экспертизы по делу представитель Банка в суде первой инстанции соглашался, ходатайств о проведении повторной экспертизы представителями Банка не заявлено.

Судом обоснованно данное экспертное заключение принято в качестве доказательства по делу, снований не согласиться с ним судебная коллегия не усматривает.

Все доводы апелляционной жалобы судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку они направлены на переоценку исследованных судом доказательств и установленных обстоятельств, для чего судебная коллегия оснований не находит.

Обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, а равно доводов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, отмены либо изменения решения суда.

Руководствуясь ст.ст. 328 – 329 ГПК РФ, судебная коллегия

Резолютивная часть

Определила

Решение Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Банка ВТБ (ПАО) –без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено в окончательной форме 27 мая 2026 года.