Апелляционное определение по делу № 33а-9370/2026

Судебная коллегия по административным делам Ростовского областного суда в составе: председательствующего судьи Васильева С.А., судей: Чернобай Ю.А., Кулинича А.П., при секретаре Паламарчук Ю.Е., рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Альбиева Мовлади Рохмановича к Ростовской таможне, заинтересованное лицо Южное таможенное управление о признании незаконным решения по результатам таможенного контроля, по апелляционной жалобе Ростовской таможни на решение Аксайского районного суда Ростовской области от 5 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Чернобай Ю.А., судебная коллегия по административным делам

Установила

Альбиев М.Р. обратился в суд с настоящим административным иском, указав, что 27 декабря 2013 года им на территорию Российской Федерации ввезено транспортное средство для личного пользования – автомобиль «VOLVO 850», 1993 года выпуска, VIN НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН , регистрационный номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН

22 мая 2025 года Ростовской таможней в отношении Альбиева М.Р. принято решение по результатам таможенного контроля № 10313250/220525/ТСЛП/0165, по результатам которого на последнего возложена обязанность по уплате таможенного платежа в размере 1 117 512 руб.

Административный истец полагает, что требование о взыскании с него таможенного платежа за ввезенное транспортное средство должно было быть предъявлено не позднее 27 декабря 2016 года, срок давности взыскания данного платежа административным ответчиком пропущен.

В связи с изложенным, полагая свои права и законные интересы нарушенными, административный истец Альбиев М.Р. просил суд признать незаконным решение по результатам таможенного контроля № 10313250/220525/ТСЛП/0165 от 22 мая 2025 года в отношении Альбиева М.Р. в связи с пропуском административным ответчиком срока исковой давности.

Решением Аксайского районного суда Ростовской области от 5 декабря 2025 года административное исковое заявление Альбиева М.Р. удовлетворено.

Суд признал незаконным решение Ростовской таможни по результатам таможенного контроля № 10313250/220525/ТСЛП/0165, принятое 22 мая 2025 года в отношении Альбиева М.Р.

В апелляционной жалобе административный ответчик Ростовская таможня, считая решение Аксайского районного суда Ростовской области от 5 декабря 2025 года незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении административных исковых требований Альбиева М.Р. отказать.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что 27 декабря 2013 года Альбиевым М.Р. на таможенную территорию ЕАЭС осуществлен временный ввоз транспортного средства автомобиля «VOLVO 850», 1993 года выпуска, VIN НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН , регистрационный номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН для личного пользования, первоначальный срок временного ввоза установлен должностными лицами таможенного поста МАПП Матвеев Курган Ростовской таможни до 27 марта 2014 года. По состоянию на 22 мая 2025 года информация о вывозе указанного транспортного средства за пределы таможенной территории ЕАЭС или продлении срока временного ввоза транспортного средства отсутствует.

Заявитель апелляционной жалобы ссылается на пункт 3 статьи 11 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 18 июня 2010 года «О порядке перемещения физическими лицами товаров для личного пользования через таможенную границу Таможенного союза и совершения таможенных операций, связанных с их выпуском», действовавшего на дату спорных правоотношений, обращает внимание на то, что транспортное средство имеет статус иностранного товара, не вывезено по истечении установленного срока.

Указывает, что данное транспортное средство находится под таможенным контролем с момента пересечения границы по настоящее время, поскольку не вывезено с таможенной территории таможенного союза, не помещено под таможенные процедуры.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель административного ответчика Ростовской таможни и заинтересованного лица Южного таможенного управления по доверенности Некрасова Е.Л. поддержала доводы апелляционной жалобы, просила решение Аксайского районного суда Ростовской области от 5 декабря 2025 года отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении административных исковых требований Альбиева М.Р.

Дело рассмотрено в порядке статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) в отсутствие неявившихся иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, что подтверждается материалами дела.

Выслушав представителя административного ответчика и заинтересованного лица Некрасову Е.Л., изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по административным делам приходит к выводу об отсутствии в данном административном деле оснований, предусмотренных положениями статьи 310 КАС РФ, для отмены решения суда первой инстанции.

Положения части 1 статьи 218 КАС РФ предоставляют гражданину право обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если он полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности.

По смыслу положений статьи 227 КАС РФ для признания незаконными решений, действий (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями необходимо наличие совокупности двух условий - несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца.

При отсутствии хотя бы одного из названных условий оспариваемые решения, действия (бездействие) соответствующих органов и должностных лиц не могут быть признаны незаконными.

В соответствии с частью 11 статьи 226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи (нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд), возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи (соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения) - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 27 декабря 2013 года Альбиевым М.Р. на таможенную территорию ЕАЭС осуществлен временный ввоз транспортного средства для личного пользования «VOLVO 850», 1993 года выпуска, VIN НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН , регистрационный номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН по ПДТ № 10319060/271213/В0153360 через таможенный пост МАПП Матвеев Курган Ростовской таможни. Первоначальный срок временного ввоза автомобиля был установлен должностными лицами таможенного поста МАПП Матвеев Курган Ростовской таможни до 27 марта 2014 года.

Сведений о продлении срока временного ввоза автомобиля после указанной даты материалы дела не содержат.

22 мая 2025 года таможенным постом МАПП Матвеев Курган Ростовской таможни вынесено оспариваемое в рамках настоящего дела решение № 10313250/220525/ТСЛП/0165 по результатам таможенного контроля в отношении временного ввезенного Альбиевым М.Р. транспортного средства по факту не вывоза транспортного средства с территории ЕАЭС (л.д. 36-39).

2 июня 2025 года таможенным органом произведен расчет таможенных пошлин, налогов, взимаемых по единым ставкам, либо таможенных пошлин, налогов, взимаемых в виде совокупного таможенного платежа № 10313000/020625/Ф-00526/01 (л.д.44), и выставлено уведомление о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней № 10313000/У2025/0001422 (л.д. 43).

4 июня 2025 года Ростовской таможней в адрес Альбиева М.Р. направлено письмо № 20-13/11435 с приложением уведомления от 2 июня 2025 года № 10313000/У2025/0001422 о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей и решения по результатам таможенного контроля № 10313250/220525/ТСЛП/0165 от 22 мая 2025 года в связи с нарушением временного ввоза автомобиля «VOLVO 850», 1993 года выпуска, VIN НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН , регистрационный номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН по ПДТ № 10319060/271213/В0153360 (л.д. 42).

Считая решение Ростовской таможни по результатам таможенного контроля № 10313250/220525/ТСЛП/0165, принятое 22 мая 2025 года, незаконным, Альбиев М.Р. обратился в суд.

Принимая решение об удовлетворении административных исковых требований Альбиева М.Р., суд первой инстанции исходил из того, что сведения о ввозе административным истцом транспортного средства и сроке его вывоза с территории Российской Федерации находились в пределах контроля таможенного органа, препятствий для применения мер принудительного взыскания таможенных платежей в течение трех лет со дня наступления события, влекущего обязанность лиц уплачивать таможенные платежи, при рассмотрении дела не установлено.

Суд первой инстанции указал, что доказательства, подтверждающие отсутствие возможности проведения таможенного контроля и направления в адрес административного истца уведомления о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей и пеней в течение трехлетнего срока с момента истечения срока уплаты административным истцом таможенным платежей, в материалы дела не представлены, и пришел к выводу о том, что решение по результатам таможенного контроля принято административным ответчиком за пределами трехлетнего пресекательного срока, в связи с чем является незаконным.

Судебная коллегия по административным делам с выводами суда первой инстанции полагает возможным согласиться, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 286 КАС РФ органы государственной власти, иные государственные органы, органы местного самоуправления, другие органы, наделенные в соответствии с федеральным законом функциями контроля за уплатой обязательных платежей (далее - контрольные органы), вправе обратиться в суд с административным исковым заявлением о взыскании с физических лиц денежных сумм в счет уплаты установленных законом обязательных платежей и санкций, если у этих лиц имеется задолженность по обязательным платежам, требование контрольного органа об уплате взыскиваемой денежной суммы не исполнено в добровольном порядке или пропущен указанный в таком требовании срок уплаты денежной суммы и федеральным законом не предусмотрен иной порядок взыскания обязательных платежей и санкций.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Налогового кодекса Российской Федерации (в том числе в редакции, действовавшей на момент истечения срока вывоза из Российской Федерации транспортного средства, ввезенного Альбиевым М.Р.) таможенные органы пользуются правами и несут обязанности налоговых органов по взиманию налогов при перемещении товаров через таможенную границу Таможенного союза в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле, настоящим Кодексом, иными федеральными законами о налогах, а также иными федеральными законами.

Согласно пункту 2 указанной статьи должностные лица таможенных органов несут обязанности, предусмотренные статьей 33 настоящего Кодекса, а также другие обязанности в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле.

Порядок перемещения физическими лицами через таможенную границу Таможенного союза товаров для личного пользования, в том числе транспортных средств, на день возникновения спорных правоотношений регулировался главой 49 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее - ТК ТС) (приложение к Договору о ТК ТС, принятому решением Межгосударственного Совета Евразийского экономического сообщества на уровне глав государств от 27 ноября 2009 года № 17).

В соответствии с ТК ТС таможенное декларирование товаров для личного пользования осуществляется физическими лицами при их следовании через таможенную границу одновременно с представлением товаров таможенному органу, в том числе транспортных средств, перемещаемых любым способом, за исключением транспортных средств для личного пользования, зарегистрированных на территории государств - членов таможенного союза, временно вывозимых с таможенной территории таможенного союза и обратно ввозимых на такую территорию (пункт 1, подпункт 4 пункта 2 статьи 355 ТК ТС).

Критерии отнесения товаров, перемещаемых через таможенную границу, к товарам для личного пользования, стоимостные, количественные и весовые нормы перемещения товаров для личного пользования с освобождением от уплаты таможенных платежей, случаи освобождения от уплаты таможенных платежей отдельных категорий товаров для личного пользования, а также порядок применения таможенных пошлин, налогов устанавливаются международным договором государств - членов Таможенного союза (пункт 3 статьи 352 ТК ТС).

Таким международным договором, действовавшим до 29 марта 2018 года (вступление в силу Договора о ТК ЕАЭС от 11 апреля 2017 года) и на день перемещения административным истцом транспортного средства через таможенную границу (27 декабря 2013) являлось Соглашение между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 18 июня 2010 года «О порядке перемещения физическими лицами товаров для личного пользования через таможенную границу Таможенного союза и совершения таможенных операций, связанных с их выпуском» (далее - Соглашение).

Согласно пункту 2 статьи 358 ТК ТС иностранные физические лица вправе временно ввозить на таможенную территорию таможенного союза транспортные средства для личного пользования, зарегистрированные на территории иностранных государств, на срок своего временного пребывания, но не более чем на один год, с освобождением от уплаты таможенных платежей.

В силу статьи 75 ТК ТС (действовавшего на момент возникновения у Альбиева М.Р. задолженности по таможенным платежам) объектом обложения таможенными пошлинами, налогами являются товары, перемещаемые через таможенную границу.

Пунктом 2 статьи 358 ТК ТС и пунктом 22 Приложения 3 к Соглашению была предусмотрена возможность временного ввоза иностранным физическим лицом на таможенную территорию ЕАЭС транспортного средства, зарегистрированного на территории иностранного государства, для личного пользования на срок своего временного пребывания, но не более чем на один год, с освобождением от уплаты таможенных платежей.

По мотивированному обращению иностранного физического лица срок временного ввоза транспортных средств для личного пользования может быть продлен таможенными органами в пределах одного года со дня временного ввоза таких транспортных средств.

Согласно пункту 5 статьи 358 ТК ТС в случае, если временно ввезенные товары для личного пользования находятся на таможенной территории ЕАЭС в связи с невывозом по истечении установленного срока, в отношении таких товаров взимаются таможенные пошлины, налоги в порядке, установленном таможенным законодательством ЕАЭС.

В силу статьи 359 ТК ТС физические лица государств - членов таможенного союза вправе временно вывозить с таможенной территории таможенного союза товары для личного пользования на срок своего временного пребывания на территории иностранного государства и ввозить их обратно с освобождением от уплаты таможенных пошлин, налогов (пункт 1).

По заявлению физического лица таможенный орган проводит идентификацию временно вывозимых товаров для личного пользования, если такая идентификация будет способствовать их обратному ввозу с освобождением от уплаты ввозных таможенных пошлин, налогов. Об идентификации товаров указывается в пассажирской таможенной декларации, один экземпляр которой выдается физическому лицу, вывозящему товары.

Отсутствие такой идентификации не препятствует обратному ввозу физическими лицами товаров для личного пользования с освобождением от уплаты ввозных таможенных пошлин, налогов при условии подтверждения таможенному органу того, что эти товары ввозятся обратно после временного вывоза с таможенной территории таможенного союза в порядке, определенном таможенным законодательством таможенного союза (пункт 2).

На основании подпункта 3 пункта 6 статьи 14 Соглашения (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений), сроком уплаты таможенных пошлин, налогов в отношении временно ввезенных транспортных средств считается: при невывозе транспортных средств, временно ввезенных на таможенную территорию таможенного союза, до истечения установленного таможенным органом срока временного ввоза - день истечения срока их временного ввоза.

Положения пункта 1 статьи 280 ТК ТС предусматривали, что срок временного ввоза товаров устанавливается таможенным органом на основании заявления декларанта, исходя из целей и обстоятельств такого ввоза, и не может превышать 2 (два) года со дня помещения товаров под таможенную процедуру временного ввоза, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.

При этом пунктом 1, подпунктами 4 пункта 3 статьи 283 ТК ТС (в редакции на день оформления пассажирской таможенной декларации – 27 декабря 2013 года) предусматривалось, что обязанность по уплате ввозных таможенных пошлин, налогов в отношении товаров, помещаемых под таможенную процедуру временного ввоза (допуска), возникает у декларанта с момента регистрации таможенным органом таможенной декларации.

Установление указанного срока в рассматриваемых обстоятельствах имеет правовое значение для правильного разрешения настоящего судебного спора, поскольку срок уплаты таможенных пошлин, налогов в отношении временно ввезенных транспортных средств непосредственно связан со сроком последующего применения мер принудительного взыскания в случае невывоза транспортных средств.

Согласно пункту 1 части 5 статьи 150 Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (в редакции Федеральных законов от 27 июня 2011 года № 162-ФЗ и от 11 июля 2011 года №200-ФЗ) (далее - Федеральный закон «О таможенном регулировании в Российской Федерации») принудительное взыскание таможенных платежей не производится, если требование об уплате таможенных платежей не выставлено в течение трех лет со дня истечения срока их уплаты, либо со дня обнаружения факта неуплаты таможенных пошлин, налогов при проведении таможенного контроля после выпуска товаров, указанных в подпункте 1 пункта 1 статьи 200 ТК ТС, либо со дня наступления события, влекущего обязанность лиц уплачивать таможенные пошлины, налоги в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле.

Действующая редакция пункта 1 части 8 статьи 71 Федерального закона от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусматривает, что меры взыскания таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней не применяются: 1) если уведомление (уточнение к уведомлению) о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней, предусмотренное статьей 73 настоящего Федерального закона, не направлено в течение трех лет со дня истечения срока уплаты таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней, либо со дня обнаружения факта их неуплаты при проведении таможенного контроля после выпуска товаров, указанных в подпункте 1 пункта 1 статьи 126 Кодекса Союза, либо со дня наступления обстоятельств, при которых обязанность лиц уплачивать таможенные платежи, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины, проценты и пени в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и (или) законодательством Российской Федерации подлежит исполнению.

Так, временно ввезенное Альбиевым М.Р. транспортное средство находилось под таможенным контролем с момента ввоза на таможенную территорию Таможенного союза.

Исходя из вышеприведенных правовых норм, обязанность Альбиева М.Р. по уплате ввозных таможенных пошлин возникла со дня возникновения обязанности вывоза транспортного средства с территории Российской Федерации, то есть 27 марта 2014 года.

Указание иных дат наступления обязанности по уплате платежей и начала течения трехлетнего срока давности (со дня вынесения решения таможенного органа по результатам проверки или со дня проведения расчетов) не соответствует нормам таможенного законодательства, действовавшего на день возникновения обязанности по вывозу транспортного средства.

Доводы таможенного органа об обнаружении факта неисполнения обязанности по уплате таможенных платежей по результатам таможенного контроля и о необходимости применения пункта 1 части 8 статьи 71 действующего Федерального закона от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», подлежат отклонению по следующим основаниям.

Указанной нормой предусмотрено исчисление трехлетнего срока для направления уведомления об уплате таможенных платежей именно со дня обнаружения факта их неуплаты только при проведении таможенного контроля после выпуска товаров, указанных в подпункте 1 пункта 1 статьи 126 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, то есть товаров, помещенных под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления, в отношении которых применены льготы по уплате ввозных таможенных пошлин, налогов, сопряженные с ограничениями по пользованию и (или) распоряжению этими товарами.

В этой связи утверждения заявителя апелляционной жалобы о том, что таможенный контроль в отношении временно ввезенного автомобиля не прекратился, в любом случае не дают оснований для исчисления названного трехлетнего срока именно со дня обнаружения факта неуплаты таможенных платежей, поскольку временно ввезенное транспортное средство не относится к товарам, помещенным под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления, указанным в подпункте 1 пункта 1 статьи 126 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, поскольку оно помещено под иную таможенную процедуру - процедуру временного ввоза (допуска), предусмотренную в настоящее время подпунктом 10 пункта 2 статьи 127, главой 29 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, и не является условно выпущенным товаром, имея ввиду, что условный выпуск представляет собой особый режим применения именно таможенной процедуры выпуска для внутреннего потребления при наличии условий (ограничений).

Ссылки административного ответчика на положения пункта 3 части 2 статьи 74 Федерального закона от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», как якобы устанавливающие последствия нарушения срока временного ввоза, противоречат содержанию данной нормы, диспозиция которой никак не связана с таможенной процедурой временного ввоза (допуска).

Фактически, таможенный орган настаивает на неограниченном по времени праве взыскания таможенных платежей в отношении товаров, находящихся под таможенным контролем, с чем судебная коллегия согласиться не может.

Выводы суда первой инстанции о недопустимости бессрочного принудительного взыскания таможенных платежей согласуются с установленными Киотской конвенцией положениями об ограниченности сроков, в течение которых таможенные органы вправе начислять таможенные пошлины и налоги и принимать меры по взысканию задолженности. На необходимость учета положений Киотской конвенции указано в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2019 года 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза».

Так, стандартом 4.2 Киотской конвенции предусмотрено, что срок, в течение которого производится начисление применяемых пошлин и налогов, устанавливается в национальном законодательстве, начисление производится в возможно короткие сроки после подачи декларации на товары или возникновения иных обязательств по уплате пошлин и налогов.

Как положениями действовавшего на момент истечения срока уплаты таможенных платежей Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (пункт 1 части 5 статьи 150), так и положениями действующего Федерального закона от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (часть 8 статьи 71) срок применения мер взыскания таможенных платежей ограничен.

Более того, судебная коллегия учитывает, что сам таможенный орган в уведомлении от 2 июня 2025 года о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей указывает, что срок исполнения обязанности по уплате соответствующих таможенных платежей наступил 27 марта 2014 года (л.д. 7).

Вместе с тем решение по результатам таможенного контроля принято 22 мая 2025 года при отсутствии акта таможенной проверки, то есть за пределами трехлетнего пресекательного срока давности. Уведомление о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей сформировано только 2 июня 2025 года.

На основании части 6 статьи 71 Федерального закона от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» направление плательщику (солидарно ответственному лицу) уведомления является необходимым условием применения таможенным органом мер по взысканию таможенных платежей.

В силу части 8 указанной статьи меры взыскания таможенных платежей не применяются, если уведомление не направлено в течение трех лет со дня истечения срока их уплаты.

Трехлетний срок для взыскания таможенных платежей является давностным, пресекательным, ограничивающим полномочия таможенного органа на инициирование им принудительных мер по их уплате строго определенными временными рамками, направлен, в том числе на обеспечение баланса государственных и частных интересов, на предотвращение и недопущение дестабилизации существующего положения хозяйствующего субъекта как участника соответствующих правоотношений в случае несвоевременной реализации самим государственным органом его контролирующих функций.

Направление уведомления является составной частью процедуры принудительного взыскания таможенных платежей.

Истечение указанного трехлетнего срока препятствует выставлению уведомления плательщику и применению последующих мер по принудительному взысканию таможенных платежей.

Уведомление, которое направляется таможенными органами после истечения данного срока, является незаконным и не должно порождать у лиц обязанность по его исполнению (Определение Верховного Суда РФ от 14 января 2021 года № 305-ЭС20-21158).

Кроме того, вопреки доводам административного ответчика, приведенным в возражениях на административный иск, исчисление срока уплаты таможенных платежей не может быть произведено со дня обнаружения факта неисполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, которым в силу положений пункта 3 части 2 статьи 74 Федерального закона от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» признается день регистрации таможенным органом расчета таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце третьем п. 3.1 своего постановления от 15 февраля 2016 года № 3-П, придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (Определения от 25 января 2007 года № 37-О-О, от 15 апреля 2008 года № 262-О-О, от 20 ноября 2008 года № 745-О-О, от 16 июля 2009 года № 691-О-О, от 23 апреля 2015 года № 821-О и др.).

Развивая приведенную правовую позицию, Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что преобразование отношений в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ общему (основному) принципу действия закона во времени, который имеет целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве (статья 1, часть 1, Конституции Российской Федерации) и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, т.е. придать закону обратную силу (ретроактивность), либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм (ультраактивность) (Постановление от 22 апреля 2014 года № 12-П; определения от 18 января 2005 года № 7-О, от 29 января 2015 года № 211-О и др.).

Данный подход обусловлен необходимостью достижения соразмерности при соблюдении интересов общества и условий защиты основных прав личности, т.е. баланса конституционно защищаемых ценностей, а потому вопрос придания обратной силы закону, изменяющему обязательства юридически равных участников гражданского правоотношения, требует дифференцированного подхода, обеспечивающего сбалансированность и справедливость соответствующего правового регулирования, не допускающего ущемления уже гарантированных прав и законных интересов одной стороны и умаления возможностей их защиты в пользу другой (Определение Конституционного Суда РФ от 2 июля 2015 года № 1539-О).

С учетом приведенной правой позиции в постановлении Конституционного Суда РФ от 15 февраля 2016 года № 3-П, Федеральный закон от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» согласно положениям статьи 398 Федерального закона не содержит указаний на придание обратной силы порядку определения даты выявления обязанности по уплате таможенных пошлин.

При этом положениями части 4 статьи 392 Федерального закона от 3 августа 2018 года № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» обратная сила придана лишь в части прекращения обязанности по уплате таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, пеней, процентов и распространяются на правоотношения, возникшие до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Приведенные нормы корреспондируют с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации о недопустимости придания обратной силы нормативному регулированию, ухудшающему положение граждан (постановления от 24 октября 1996 года № 17-П и от 21 января 2010 года № 1-П).

Кроме того, в отношении действующего нормативного регулирования таможенных правоотношений подлежат применению правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости соблюдения принципа поддержания доверия граждан к закону, предполагающего сохранение разумной стабильности правового регулирования (постановления от 23 декабря 1997 года № 21-П, от 28 марта 2000 года № 5-П, от 23 января 2007 года № 1-П, от 8 ноября 2012 года № 25-П и от 23 декабря 2013 года № 29-П).

Утрата таможенным органом права на взыскание сумм обязательных платежей и санкций предопределяет утрату таможенным органом полномочий по принятию решений о нарушении таможенного законодательства в целях взыскания таможенных пошлин и пеней.

Из апелляционной жалобы усматривается, что административный ответчик не только самостоятельно установил срок вывоза транспортного средства – 27 марта 2014 года, но и контролировал наличие или отсутствие основания для продления таких сроков, установив, что таких сведений не имеется.

Таким образом, сведения о ввозе транспортного средства и сроке его вывоза с территории Российской Федерации находились в пределах контроля таможенного органа. Препятствий для применения мер принудительного взыскания таможенных платежей в течение трех лет со дня наступления события, влекущего обязанность лица уплачивать таможенные пошлины, не установлено, на такие обстоятельства таможенный орган не ссылался.

Административным ответчиком также не приведено возражений тому, что на протяжении более 11 лет таможенный орган не предпринимал действий, направленных на принудительное взыскание сумм обязательных платежей и санкций. Следовательно, принятие решения о нарушении таможенного законодательства по истечении срока для взыскания сумм задолженности в судебном порядке существенно нарушает права и законные интересы административного истца, поскольку создает условия легитимности действий административного ответчика.

При этом судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в силу положений статьи 152 Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (в редакции Федеральных законов от 27 июня 2011 года № 162-ФЗ и от 11 июля 2011 года № 200-ФЗ, действовавших на день возникновения спорных правоотношений) обнаружение факта неуплаты или неполной уплаты таможенных платежей фиксируется актом таможенного органа об обнаружении факта неуплаты или неполной уплаты таможенных платежей не позднее пяти рабочих дней после дня принятия решения уполномоченным лицом таможенного органа по результатам проведения таможенного контроля в соответствующей форме, которым выявлены нарушения, влекущие возникновение обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов (часть 6).

При проведении таможенного контроля в форме таможенной проверки обнаружение факта неуплаты или неполной уплаты таможенных платежей фиксируется актом таможенного органа не позднее пяти рабочих дней после дня получения таможенным органом, производившим выпуск товара, копий акта таможенной проверки и соответствующего решения (соответствующих решений) в сфере таможенного дела (часть 7).

При нарушении требований и условий таможенных процедур, которое в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле влечет наступление срока уплаты таможенных пошлин, налогов, требование об уплате таможенных платежей должно быть направлено не позднее трех месяцев после дня обнаружения указанного нарушения. День обнаружения факта неуплаты или неполной уплаты таможенных платежей фиксируется актом таможенного органа об обнаружении факта неуплаты или неполной уплаты таможенных платежей в соответствии с частями 6 - 8 настоящей статьи (часть 10).

Принимая во внимание, что со дня наступления события, влекущего обязанность Альбиева М.Р. уплачивать таможенные пошлины в соответствии с таможенным законодательством (27 марта 2014 года) требование об их уплате в предусмотренный законом срок не направлялось, последующее принятие таможенным органом решения о выявлении нарушения таможенного законодательства в целях обращения таможенного органа за принудительным взысканием таможенных платежей имело место по истечении трех лет со дня возникновения такой обязанности, оспариваемое решение таможенного органа от 22 мая 2025 № 10313250/220525/ТСЛП/0165, порождающее негативные правовые последствия для административного истца, правомерно признано судом первой инстанции незаконным.

По существу, заявитель апелляционной жалобы ссылается на необходимость исчисления сроков в таможенном законодательстве не со дня наступления юридически значимого обстоятельства, а со дня, когда должностное лицо таможенного органа посчитает возможным дать начало исчислению такого срока путем принятия оспариваемого решения, составления уведомления и расчета, что противоречит положениям как ранее действовавшего, так и действующего в настоящий момент законодательства.

Следует также отметить, что административным ответчиком не приведено и в ходе судебного разбирательства судом первой инстанции и судебной коллегией не установлено объективных причин уважительности пропуска вышеуказанного срока, при том, что таможенный орган является профессиональным участником таможенных правоотношений и обладает сведениями, необходимыми для взыскания таможенных платежей в установленные законом порядке и сроки. В связи с чем, оснований для восстановления срока с учетом всех установленных по делу обстоятельств, не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат обстоятельств, свидетельствующих о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, сводятся фактически к несогласию с той оценкой, которую исследованным по делу доказательствам дал суд первой инстанции, что не является основанием к отмене решения в апелляционном порядке.

Иное толкование заявителем апелляционной жалобы норм права и другая оценка обстоятельств дела не свидетельствуют об ошибочности выводов суда первой инстанции и не опровергают их.

Судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела по существу правильно определены и установлены обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, им дана надлежащая правовая оценка с учетом норм права, регулирующих возникшие правоотношения, в результате чего постановлено законное и обоснованное решение.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного решения.

Руководствуясь статьями 309, 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам

Резолютивная часть

Определила

решение Аксайского районного суда Ростовской области от 5 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Ростовской таможни - без удовлетворения.

Кассационная жалоба (представление) на апелляционное определение может быть подана в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Председательствующий С.А. Васильев

Судьи Ю.А. Чернобай

А.П. Кулинич

Мотивированное апелляционное определение составлено 10 июня 2026 года.