Определение по делу № 8Г-24872/2025 [88-1876/2026 -

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Туляковой О.А., судей Пиндюриной О.Р., Романова М.В., с участием прокурора Дерюшева Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Областного государственного автономного учреждения социального обслуживания "Добрый дом "Дубрава" на решение Барышского городского суда Ульяновской области от 7 августа 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 25 ноября 2025 года по гражданскому делу № 2-300/2025 по иску Силантьевой Натальи Анатольевны к Областному государственному автономному учреждению социального обслуживания «Добрый дом «Дубрава» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, заслушав доклад судьи Туляковой О.А., проверив материалы дела,

Установила

Силантьева Н.А. обратилась в суд с вышеуказанным иском к Областному государственному автономному учреждению социального обслуживания «Добрый дом «Дубрава» (далее - ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава») в обоснование требований указав, что 27 октября 2023 года на 23 км + 100 м. участке автодороги регионального значения «Бестужевка - Барыш - Николаевка - Павловка - граница области» на территории Барышского района Ульяновской области Кочарыгин В.Н. в нарушение требований Правил дорожного движения Российской Федерации, управляя автомобилем марки УАЗ-396295, государственный регистрационный номер № , с эксплуатационной неисправностью в ходовой части, не справился с управлением транспортного средства, в результате чего допустил выезд за пределы проезжей части автомобильной дороги с последующим съездом в кювет. В результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине водителя Кочарыгина В.Н., пассажирам автомобиля Силантьевой Н.А., Исаеву Е.Е., Кузнецовой Л.А. по неосторожности причинены телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью. Собственником автомобиля марки УАЗ-396295, государственный регистрационный номер № , на момент дорожно - транспортного происшествия являлось ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава», Кочарыгин В.Н. состоял в трудовых отношениях с ответчиком. Приговором Барышского городского суда Ульяновской области от 28 мая 2025 года Кочарыгин В.Н. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев. В результате неправомерных действий виновника дорожно -транспортного происшествия истица испытала нравственные страдания и переживания. На её лице остались шрамы, до настоящего времени Силантьева Н.А. вынуждена проходить лечение, после дорожно-транспортного происшествия у неё появилась боязнь передвигаться на транспортных средствах.

Силантьева Н.А. просила суд взыскать с ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

Решением Барышского городского суда Ульяновской области от 7 августа 2025 года с ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава» в пользу Силантьевой Н.А. в счет компенсации морального вреда взыскано 400 000 руб. С ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 25 ноября 2025 года решение Барышского городского суда Ульяновской области от 7 августа 2025 года оставлено без изменения.

ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит постановленные судебные акты отменить как незаконные.

Лица, участвующие по делу, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Шестого кассационного суда общей юрисдикции. В связи с чем, на основании статей 167, 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В силу части 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, заслушав заключение прокурора, полагавшего постановленные судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, судебная коллегия не усматривает правовых оснований для удовлетворения жалобы.

Как установлено судом и следует из материалов дела, вступившим в законную силу приговором Барышского городского суда Ульяновской области от 25 мая 2025 года Кочарыгин В.Н. признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Указанным приговором суда установлено, что 27 октября 2023 года Кочарыгин В.Н., управляя автомобилем марки УАЗ-396295, государственный регистрационный знак № , нарушил Правила дорожного движения Российской Федерации и эксплуатации транспортных средств, в результате чего допустил выезд транспортного средства за пределы проезжей части автомобильной дороги с последующим съездом в кювет, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью пассажирам автомобиля, в том числе Силантьевой Н.А.

Материалами дела подтверждено, что Кочарыгин В.Н. состоял в трудовых отношениях с ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава» в должности водителя, за ним закреплен автомобиль марки УАЗ 396295, государственный регистрационный номер № , и на момент дорожно-транспортного происшествия он находился при исполнении должностных обязанностей.

Приказом ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава» трудовой договор с Кочарыгиным В.Н. расторгнут на основании пункта 4 части 1 статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с осуждением работника к наказанию, исключающему продолжение прежней работы, в соответствии с приговором суда.

Из материалов дела также следует, что Силантьева Н.А. состоит в трудовых отношениях с ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава».

По факту получения Силантьевой Н.А. телесных повреждений в результате дорожно-транспортного происшествия проведено расследование группового несчастного случая на производстве, составлен акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 28 декабря 2023 года.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 12 декабря 2023 года № 0146 и медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, телесные повреждения, полученные в результате дорожно-транспортного происшествия, причинили тяжкий вред здоровью Силантьевой Н.А.

Удовлетворяя частично исковые требования Силантьевой Н.А., суд первой инстанции исходил из того, что причинивший истице вред здоровью в результате дородно - транспортного происшествия водитель Кочарыгин В.Н. на момент ДТП состоял в трудовых отношениях с ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава», ответчиком не доказан факт отсутствия вины в причинении вреда, в связи с чем ответчик как собственник транспортного средства УАЗ-396295 обязан нести гражданскую ответственность по возмещению вреда Силантьевой Н.А. - потерпевшей по уголовному делу, в рамках которого гражданский иск возмещении морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, заявлен не был.

С учетом требования разумности и справедливости, принимая во внимание фактические обстоятельства, при которых причинен моральный вред, индивидуальные особенности потерпевшего, учитывая также материальное положение ответчика, суд первой инстанции определил компенсацию в размере 400 000 руб.

В соответствии со статьями 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции взыскал с ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава» в доход местного бюджета государственную пошлину.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции с выводами судов предыдущих инстанций соглашается, поскольку их выводы сомнений в законности не вызывают, соответствуют нормам материального и процессуального права, регулирующим спорные правоотношения и обстоятельствам дела.

Оспаривая постановленные судебные акты, заявитель кассационной жалобы указывает на то, что предъявленное требование Силантьевой Н.А. о взыскании с ОГАУСО «Добрый дом «Дубрава» в ее пользу компенсации морального вреда не может быть удовлетворено ввиду своей необоснованности по причине недоказанности истцом факта причинения морального вреда, не обоснована заявленная сумма компенсации морального вреда, не представлены, а судом не исследованы, документы, подтверждающие обращение истца к специалистам за оказанием помощи в восстановлении и поддержании психологического благополучия и затраты, понесенные в результате таких обращений.

Указанные доводы судебной коллегией отклоняются ввиду следующего.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса (Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснений, приведенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно заключению эксперта от 21 июня 2024 года, у Силантьевой Н.А. имелись следующие телесные повреждения: сочетанная травма тела: две раны в области лица, сотрясение головного мозга, закрытые оскольчатые переломы 10-12 левых ребер со смещением, закрытый компресионный перелом тел 3, 4 и 8 грудных позвонков 1 ст., закрытый оскольчатые переломы поперечных отростков 2-4 поясничных позвонков. Сочетанная травма тела вызвала значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3 и квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью человека.

Определяя размер компенсации морального вреда с ответчика в пользу истицы в сумме 400 000 руб., судебные инстанции учли принцип разумности и справедливости, соразмерность компенсации морального вреда последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, характер и степень причиненных истице повреждений, их последствия для здоровья Силантьевой Н.А., ее возраст, семейное положение, длительность лечения, изменение привычного образа жизни, статус ответчика.

Судебная коллегия кассационной инстанции обращает внимание, что понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

Доводы, выраженные в кассационной жалобе и свидетельствующие о несогласии с размером компенсации морального вреда, сами по себе не являются основанием к отмене либо изменению вынесенных судебных постановлений, поскольку оценка характера и степени причиненного заявителю морального вреда относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела. Несогласие с данной оценкой основанием к отмене либо изменению решения суда не является.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

По мнению судебной коллегии, взысканный судом размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, все обстоятельства учтены судебными инстанции.

Ссылка кассатора на то, что непосредственным причинителем вреда является Кочаргин В.Н., отмену оспариваемых судебных актов повлечь не может, поскольку в силу императивного указания в пункте 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем.

По существу, возникший спор судами предыдущих инстанций разрешен правильно, выводы соответствуют обстоятельствам дела и примененным нормам права.

Оценка представленных в материалы дела доказательств произведена судом в соответствии с требованиями статей 56, 59, 60, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы жалобы об отсутствии доказательств причинения истице физических и нравственных страданий, судебной коллегией признаются несостоятельными, основаны на неверном понимании закона заявителем, вольной оценке установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В целом доводы, приведенные в кассационной жалобе, по сути, направлены на переоценку доказательств по делу и оспаривание выводов судов предыдущих инстанций по фактическим обстоятельствам спора, исследованных судом и получивших должную правовую оценку, тогда как в силу части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке кассационного производства суд не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты нижестоящими судами, либо предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Кассационная инстанция при проверке законности судебных постановлений нижестоящих судов не вправе входить в обсуждение фактической стороны дела.

Иные доводы кассационной жалобы не содержат указаний на существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, имевшие место при разбирательстве данного дела, не влияют на правильность обжалуемых судебных постановлений и не могут повлечь их отмену применительно к требованиям статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное, судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Резолютивная часть

Определила

решение Барышского городского суда Ульяновской области от 7 августа 2025 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 25 ноября 2025 года оставить без изменения, кассационную жалобу Областного государственного автономного учреждения социального обслуживания "Добрый дом "Дубрава" – без удовлетворения.

Мотивированное кассационное определение составлено 26 февраля 2026 года.

Председательствующий О.А. Тулякова

Судьи О.Р. Пиндюрина

М.В. Романов